— Потрясающе! Восхитительно! Ничего подобного даже представить не могла. Во-первых, очень красиво, нарядно, одна авенида Сальвадора Дали чего стоит. Во-вторых, такие жизненные и бытовые удобства, о которых мы даже мечтать не смеем. Вдобавок там столько наших, что на каждом шагу русская речь. Это не случайно: там не жизнь, а малина. Пиры, увеселения. О чем говорить? Мне сказали, что там бобо! Из Франции это словечко туда перекочевало — богемная буржуазия.
Костя слегка поморщился, и она поняла, что перебрала, надо восторги поумерить. Но в целом он слушал, как ей показалось, с интересом — охотно поддакивал, кивал головой, чмокал губами. Она никогда не видела его таким и не переставала удивляться. Мелькнула суетливая мысль: «Еще чуть-чуть дожать, и можно переходить к делу». Но он еще и вопросы начал задавать!
— Марбелья на берегу Средиземноморья, на пляже ты была? Как там с песочком? Или как в Сочи?
— Пляжи шикарные, обустроенные и во множестве, вся береговая полоса. И не как в Сочи, а как в Крыму. Днем, конечно, жарковато, но всюду, и на пляжах, и в городе, навесы... Но, мне кажется, самое важное, что я, без испанского языка, чувствовала себя в Марбелье как рыба в воде. Русские там в почете, много денег тратят, и сделано все, чтобы им было удобно... Кстати, приятно удивлена, что ты сам меня встретил.
— Я же говорю: первый зарубежный вояж! И рад, что ты не разочарована. Теперь уж точно как-нибудь полетим в Марбелью вместе.
— Что значит «как-нибудь»?
— Ну, мы ведь не можем сегодня назначить сроки. Скорее всего, на будущий год. Я так дела приурочу, чтобы высвободить пару недель.
Регина поняла: вот он, момент!
— Смотри, дорогой мой, как бы нам не пришлось лететь в Марбелью в скором времени.
Костя удивленно уставился на нее, и она взяла его за руку:
— Я тебе сейчас скажу кое-что очень важное, а ты постарайся понять, о чем речь. Не торопись с выводами, обдумай хорошенько то, что услышишь. Во-первых, для меня чрезвычайно важно твое мнение, а во-вторых, без тебя разговоры на эту тему вообще теряют смысл.
Он насторожился, и она выпалила:
— В Марбелье появилось много знакомых, там интересный народ жительствует. Они-то и привезли меня на удивительную виллу — в горах, над городом, с видом на море и даже с бассейном. Волшебное место! И говорят, вилла выморочная, продается. Если есть желание и возможности, можете купить. Я в ответ посмеялась, а ночью, в отеле, подумала: как прекрасно было бы иметь в Марбелье дом, куда в любой момент можно прилететь и наслаждаться тамошними прелестями. Как ты на это смотришь?
Костя откинулся в кресле, задумался. Регина предвидела, что муж по своей привычке примется в разных ракурсах изучать новую для него проблему покупки зарубежной недвижимости. Но на самом деле он размышлял совсем-совсем о другом.
Странно устроена жизнь! Есть, есть в ней какие-то тонкие мистические миры, в которых ничего просто так не происходит, где, независимо от твоих усилий, мечтания волшебно смыкаются с ходом земных событий; в наши дни это называют чудотворным слиянием виртуала и реала. Как иначе объяснить случившееся?.. С того момента, когда Регина сказала ему, что хочет полететь на отдых в Марбелью, он только и мечтал о том, чтобы курорт ей понравился и она захотела бы каким-то образом зацепиться, закрепиться там. Мысль о покупке дома у него мелькнула сразу, но он отогнал ее, посчитав сумасбродной: жена не согласится надолго оставлять его в Москве одного. И вот Регина сама предлагает ему такой вариант, причем у нее уже есть что-то на примете. Что за вилла и сколько она стоит, его не касалось, для него важен был сам факт. Обосноваться в Марбелье! Причем ни раньше, ни в данный момент он не мог дать себе четкого ответа на вопрос, почему его так привлекает эта Марбелья. Да, Вальдемар несколько лет назад рассказал, что Анюта с мужем поселились в Марбелье. Ну и что?.. А то! Костя мысленно представил себе, как увидел бы ее где-нибудь на пляже, в ресторане или за шопингом и какое глубокое чувство испытал бы при такой встрече. Можно даже не объявляться, не здороваться, ведь она его, наверное, не помнит, не узнает. Просто поглядеть на нее со стороны — тоже большая радость. Он мечтательно думает о ней вот уже больше десяти лет, в его сознании не меркнет ее обаятельный образ. Но как она выглядит сейчас? Он разочаруется или, наоборот, снова восхитится? Впрочем, какое это имеет значение? Он же ее увидит! Это само по себе будет праздником.
Раздумья затягивались, и Регина с внутренним восторгом поняла, что отрицания уже не будет, муж заглотнул наживку. Хватку можно было и надо было ослабить. Спросила сочувственно:
— Что, тяжелый вопрос? Давай оставим его до вечера, до завтра, до послезавтра. Спешить некуда.
Ей показалось, что он как бы очнулся от дум, судя по его сосредоточенности, трудных. Поднял глаза к потолку, пошевелил губами, сказал:
