Я повернулась к Рэйвину, взбодрившись.
– Вы обязаны рассказать мне все.
Он приподнял бровь, глядя на меня поверх длинного носа.
– Есть кое-что, что я должен сделать…
– Вам нужна моя магия? – спросила я, перебив капитана дестриэров. – Созовите совет. Мне нужна правда. Сейчас же.
Мы вышли из-за стола порознь. Когда я наконец выбралась из большого зала и встретила Рэйвина в конце коридора для слуг, он плохо скрывал свое нетерпение.
– Вас кто-нибудь видел?
– Не думаю, – ответила я сквозь сжатые губы. – Возможно, моя мачеха.
Мне пришлось приподнять юбку, чтобы не отставать, и я мысленно поблагодарила сапожника, что тот не подбил мне туфли. Рэйвин шел стремительно, сворачивая то в одну, то в другую комнату, которых я никогда раньше не видела.
Одна из них – на несколько пролетов выше большого зала – оказалась заперта.
Рэйвин полез в карман и достал ключ. Когда дверь открылась, он поспешил внутрь, кивком приглашая меня войти.
– Где мы? – Я пошарила в темноте, споткнувшись ногой обо что-то хлипкое – книгу.
– В моей комнате. Закройте дверь.
В помещении царила темнота, если не считать угасающего очага, который светился янтарно-красным светом возле дальней стены. Рэйвин пересек комнату и выругался. Из-под его сапог вылетела книга, рухнув в нескольких футах от него. Он опустился на колени возле огня и дыханием оживил его, чтобы зажечь свечу.
Запах пыли и едва уловимые нотки гвоздики и кедра наполнили нос, пока я окидывала взглядом комнату. Неудивительно, что капитан споткнулся. Книги разбросаны по всему полу, некоторые сложены стопками, другие лежали лицевой стороной вниз, их страницы раскрыты, точно крылья мертвой птицы. Так же, как и одежда капитана. Туники, камзолы, плащи… все они лежали грудой на полу. Некоторые накинуты на спинки стульев и на раму широкой, застеленной скудными одеялами кровати.
Будь комната поменьше, она бы казалась захламленной, скиданные в небрежные кучи вещи отбрасывали бы странные, жуткие тени на деревянный пол. Но покои капитана оказались просторными – пространство увеличивало отсутствие декора, а единственными предметами убранства были кровать, несколько стульев, маленький умывальник в углу – на нем шатко стояло старинное зеркало – и платяной шкаф.
Совсем не то, чего я ожидала от столь сурового мужчины. Порядок, аккуратность, дисциплина – как у моего отца. Именно такие качества я приписывала капитану дестриэров. Либо Рэйвин Ю занялся перестановкой в своих покоях, либо же, что становилось все более очевидным с каждым мгновением…
Он не такой, каким я его себе представляла.
Лязг ключей отвлек меня от мыслей. В другом конце комнаты у шкафа мерцала свеча Рэйвина. За ней появилось другое свечение, глубокого бордового цвета, настолько темное, что его трудно различить.
Вторая Карта Кошмара. Карта Кошмара Рэйвина.
Я опустила одну руку на защелку двери.
– Что вы делаете?
– Вы хотели, чтобы я созвал Совет? Вы же не думали, что я сделаю это в присутствии всего двора моего дяди?
Послышался звук открываемого замка. Рэйвин распахнул дверцы шкафа, явив еще больше бордового света. Он взял Карту Кошмара и трижды постучал по ней. Я затаила дыхание и вздрогнула. Ничего не произошло, наступила оглушительная тишина.
– Как она работает? – выпалила я. – Карта Кошмара.
– Лучше всего, когда я могу сосредоточиться.
– Да, но что мешает вам слышать мысли всех обитателей замка? Нужно ли…
Рэйвин бросил на меня прищуренный взгляд.
– Концентрация, мисс Спиндл. Много концентрации. Так что, пожалуйста, если не возражаете, помолчите.
Я стиснула зубы, молясь, чтобы Рэйвин не нарушил слова и не вторгся в мой разум.
Во тьме раздался смех Кошмара.
Он ничего не сказал, наступила тягостная тишина. Даже молчание Кошмара больше напоминало игру.
И, как и в большинстве наших с ним игр, я неизбежно проигрывала.
Вновь прозвучал его смех, на этот раз более жестокий. Решительный.
Я покачала головой.
