Лиам уже рассказал мне, почему я не могу колдовать как он. Слова учителя подтвердились, когда я сравнила его магоканалы со своими: у наставника они были широкие, как шоссе, сеть менее разветвлённой, чем у меня, и охватывала в основном верхнюю часть тела, мои же каналы оказались
Почти такая же картина была у неистинных: разрушители "мерцали" алым, созидатели "переливались" нежно-голубым. Но! И у тех и у других магоканалы не шли ниже живота. То ли это я снова какая-то не такая, или нужно поглядеть на Ульриха, он ведь тоже светлый, авось эта особенность именно у светлых магов.
— Как вы так поняли, что Бону лучше стать воином, а не делать настойки? Удивительно, у него ведь и правда вся трава вяла, и он непременно портил будущее лекарство, оттого чаще всех получал плетей, спина в кривых шрамах, бедный юноша, — жалостливо покачала головой Мадам. — Мальчик даже сейчас вечно голодный, его ведь периодически в карцере держали, думали, нарочно портит дорогие и редкие растения, — вернув мне мои записи, заметила домоправительница, а точнее, заведующая общежитием, — а вот Шон да, дюже талантливый, под его руками любой цветок оживает, любой вянущий кустик поднимается.
— Можете эти списки оставить у себя, — я вернула блокнот старику Жозеру, — ваша задача объяснить всем им, что их ждёт в будущем, и если они согласятся, то дадут мне клятву на крови. Иначе даже пусть и не мечтают получить своё жильё.
— Своё? — Петегро качнул корпус в мою сторону, впиваясь мне в лицо полным надежд взором.
— Конечно, — как можно спокойнее ответила я, — всем, стоящим на службе Друидора, принёсшим клятву, полагается ежемесячная плата за труд и квартира.
Я уже давно обдумала всё это и даже обсудила с сэром Ховардом варианты. И лучшим был — построить с нуля двух-трёхэтажные дома, такие, как были у меня на родной Земле, со всеми удобствами.
— Но, чтобы получить жильё, надо будет отслужить во благо этих земель не менее трёх лет. Всё будет скреплено бумагами, как положено, там же будет обозначена сумма ежемесячного денежного вознаграждения.
— Даже тем, кто будет только-только учиться бою на мечах?
— Для них стипендия, после сдачи экзамена, оклад.
— Никогда нам не платили ни за одну работу. Всё это выглядит просто сказочно, и потому верится с трудом, — покачал головой щуплый мужчина средних лет, его представили, как мастера по ядам, Этен Монгро. — Леди Одри, а не хотите познакомиться со всеми? — вдруг добавил он, хитро прищурившись.
— Эм, — растерялась я.
— Скажете им приветственное слово, поделитесь планами.
— Это можно, — кивнула я, — но только после того, как вы огласите мои предложения и они соберутся на площади, чтобы дать клятву.
Никогда не любила выступать на публике, в этом плане мало что изменилось.
Попрощавшись со старостами, я, вместе с Лиамом и леди Бакрей, собрались на выход. Петегро и Мадам решила нас проводить до экипажа.
Мы спустились на первый этаж. Я оглядывалась по сторонам: было на удивление чисто, даже на каменных стенах ни единой паутинки.
— Еды хватает? — уточнила у Мадам.
— Да, госпожа, всего в достатке. И муки, и мяса. Даже кое-какие овощи сэр Имарк нам выделил. Дети счастливы, и всё ещё не верят в то, что с ними произошло.
Мы вышли на крыльцо, солнце после полумрака, резануло по глазам, я проморгалась, прогоняя мокрую пелену.
— Если что-то понадобится, скажите сэру Ховарду. Как обстоят дела с мебелью?
— Мы сколотили двухъярусные кровати, потому проблем нет — спальных мест хватило на всех, горожане принесли сено, им набили мешки для матрасов, несколько рулонов сукна также выдали в замке, их порезали и получили одеяла.
— Хорошо. Завтра вечером я жду вас, Петегро, со списком желающих поступить ко мне на службу.
— Будет сделано, госпожа.
— Как ощущения без ошейников?
— Магия, — мужчина и Мадам, внимательно слушавшая нашу беседу, одновременно искренне, радостно заулыбались, — как полноводная река, мы ощущаем её, ничто не ограничивает приток в тело. Вот тут будто второе сердце забилось, — он ткнул в солнечное сплетение.
— Замечательно. Увеличить размер ядра невозможно, но вам и не нужно, умение работать тонко куда важнее, — хитро улыбнулась я, — чем бахать со всей дури, — рядом недовольно засопел мой учитель.
Мы загрузились в нашу двуколку, Лиам оседлал своего жеребца.
— Созидателей я буду учить лично, — боковым зрением увидела, как высоко подскочили брови наставника. — И, — понизив голос до заговорщического шёпота, добавила: — моих учеников ждут невероятные, древние знания.
Махнув заинтригованной парочке рукой на прощание, велела вознице трогать с места.
— И чему это вы собрались их обучить?
