Оды и некрологи полностью

…И все же хочется понять, вот сейчас – через сорок почти лет – что же именно мы хотели показать на этой выставке «10 лет Комбригу», и главное – кому? Ответ на последний вопрос будет несколько размытым – принципы «домашней выставки», или «домашней галереи», уже давно существовали, это было у нонконформистов начиная с шестидесятых, потом это подхватили умные головы типа Д. А. Пригова, и в общем и целом мы об этом знали. Но, конечно, уже на старте этой затеи было понятно: показывать что-то глубоко интимное, личное, непонятное и не конвертируемое в мир других людей – было глупой затеей. Ну хорошо, даже если отбросить эти тонкости и предположить, что все десять кубов были бы Двоскиной созданы и гости приглашены, – что именно мы хотели тогда показать?

Если подходить объективно и сухо, главными событиями из жизни «Комбрига» были бы такие: «провели сбор в 73-й школе», «выехали с шефской поездкой в колонию для девочек в Тутаеве», ну и так далее – то есть вещи, имевшие место в реальности. Для нас же событиями были вещи совсем другого ряда – какой-то ночной разговор, какая-то ссора на почве идейных разногласий или, наоборот, примирение – словом, что-то очень субъективное. Для своей книги Фурман сделал целый каталог таких событий, и поскольку от выставки «10 лет Комбригу» ничего не осталось, пожалуй, я процитирую здесь эту его личную хронологию.

Возьмем 1982 год. Здесь очевидно, что прочитанные книги играют не менее важную роль, чем разговоры, а разговоры – более важную, чем «внешние события». По сути, это жизнь в подполье, о которой никто ничего не знает.

Ну и так далее.

Процитирую здесь еще для иллюстрации кусочек из пятого тома «Книги Фурмана»: