Уважаемый Борис Натанович! Позвольте пожелать Вам долгих лет жизни и поблагодарить за всё Ваше многолетнее творчество. Вот уже много лет мне не даёт покоя один вопрос. Многие писатели обладают в той или иной мере некоей долей ясновидения. Не знаю, как Вы, – действительно ли не осознаёте или под прикрытием фантастики проповедуете миру новые истины. Не кажется ли Вам, что уже наступил новый этап в эволюции человечества, и разделение на Люденов и остальных уже началось? Много лет назад Ваша книга «Волны гасят ветер» странным образом повлияла на меня, она явилась тем самым детонатором. Я буквально ощущаю себя в шкуре Тойво Глумова. Буду очень рада, если мне ответят, – этот вопрос действительно очень беспокоит меня.
Никаких оснований допускать, что «разделение на люденов и остальных уже началось», у меня, к сожалению (или к счастью?), нет. Может быть, не хватает мне упомянутого Вами «ясновидения»? Может быть, это как раз Вы – «ясновидица»? В таком случае будьте осторожны: судьба большинства люденов незавидна. Перестать быть человеком (утратить человечность) – это серьезно. «Во многая знания многая печали», – это, в частности, и про люденов тоже.
Здравствуйте, уважаемый Борис Натанович! В книге «ПОИСК ПРЕДНАЗНАЧЕНИЯ ИЛИ ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ ТЕОРЕМА ЭТИКИ» было упомянуто про Малую Вишеру. А Вы приезжали в Малую Вишеру?
Я бывал там, но только проездом.
В книге «Пикник на обочине» аномалии влияли на погоду? Всё ли время там было серо и лил дождь?
Что-то я не помню такого за «Пикником». Может быть, Вы имеете в виду «Гадкие лебеди»? Там, да, пришельцы из будущего, мокрецы, создавали вокруг себя атмосферу, в которой чувствовали себя хорошо (привычно), – туман, сырость, почти никогда не прекращающийся дождь.
Доброго здоровья, Борис Натанович! Вот уже 12 лет Вы отвечаете на вопросы читателей в офлайн интервью. За все это время, какой вопрос Вам наиболее понравился, запомнился или был интересен?
Если и попадается что-нибудь «особенное», надолго в памяти не задерживается. Во всяком случае, сейчас ничего вспомнить не могу.
Не будь Вы Борисом Стругацким, но почитателем творчества Стругацких, и Вам бы выпала возможность задать вопрос Борису Натановичу лишь один, что бы Вы спросили?
Я не мастер задавать вопросы. У меня это как-то не получается. Если вопрос и приходит в голову, то, как правило, вместе с ответом, – и желание спрашивать пропадает само собой.
