Кстати, по поводу. «Архипелаг» – нет ли тут, часом, связи с Солженицыным?
Ни малейшей. Да и придумана была Островная Империя до того, как стал известен «Архипелаг».
Здравствуйте, Борис Натанович! Я – поклонник творчества АБС со школьных лет, с середины 80-х. В то время не так-то просто было достать Ваши произведения, и многое я читал в «самиздатовских» вариантах. Одно из них – «Далекая Радуга». Эта книга потрясла тогдашнего подростка и до сих пор остается для меня одной из самых любимых Ваших повестей. Недавно в интервью Вы ответили на несколько вопросов по ДР. Я очень прошу Вас вернуться к этой теме и ответить и на мои вопросы. 1. Как Вы считаете сейчас, через столько лет, – правильно ли и правомерно ли поступило руководство планеты, оставив умирать великих ученых, гениального художника во имя спасения детей, из которых еще неизвестно, что получится и получится ли вообще? Ведь даже в Мире Полудня не все были гениями, были же, к примеру, простые нуль-Т испытатели или тот же Роберт.
Ситуация Радуги в принципе не может быть разрешена в терминах «правильно-разумно-рационально-правомерно». Это – ситуация НРАВСТВЕННОГО выбора и решается она в терминах «нравственно-аморально-честно-подло». На мой взгляд Горбовский (и все прочие) решили эту проблему НРАВСТВЕННО ВЕРНО. Хотя, может быть, и нерационально. Так же нравственно верно, но совершенно нерационально поступает не умеющий плавать человек, бросающийся спасать тонущего ребенка или вообще – другого человека. Или интеллигент-очкарик, вступающийся за честь женщины, оскорбленной здоровенным хамом. Или учитель Януш Корчак, который пошел в газовую камеру вместе со своими дефективными воспитанниками, хотя эсэсовцы предлагали ему совершенно рациональное и разумное решение: этих воспитанников отправить на смерть, а самому заняться воспитанием других детей («ведь вы так талантливы, вы можете принести еще много пользы в дальнейшем...»).
2. Что будут чувствовать эти дети, повзрослев, и как они вообще будут жить дальше, зная что для спасения их жизней погибли Пагава, Маляев, Ламондуа, Сурд?
Это – безусловно – серьезнейшая проблема. Детьми, я думаю, будут заниматься профессионалы-психологи. К счастью, психика детей лабильна и поддается «регулировке».
3. Почему тема «чертовой дюжины» не появляется в более поздних Ваших произведениях и даже бессмертный Камилл куда-то пропал после Радуги?
По-моему, Камилл упоминается в каком-то из более поздних произведений. (Кажется, в ВГВ.) Мы не писали о нем больше просто потому, что он стал нам неинтересен: все, что мы по его поводу думали, было сказано в ДР.
