Офисный роман, или Миссия невыполнима полностью

- Да с тобой одни кошмары могут присниться! – Минхва побрела наверх по скрипучим ступеням. Он проводил ее глазами и, повернувшись, обнаружил Хона Сонги, выглянувшего из «начальнической» комнаты. Они готовили ее для двух руководителей; кто же знал, что сюда заявится госпожа Ча собственной персоной! Представив, как он сейчас выглядит - полуголый, в непросохших джинсах, в накинутой на плечи маловатой куртке сонбэ - Ючон растянул в ухмылке немеющие губы. Замначальника посмотрел молча и закрыл дверь.

- Спокойной ночи! – пожелал Ючон и двери. Стараясь в темноте ни на кого не наступить, добрел до своего места в мужской комнате, стянул мокрые тряпки и, стуча зубами, укутался в спальник.

Казалось, только закрыл глаза, а в комнату уже проник рассвет. По-стариковски кряхтя и постанывая, Ючон поднялся. На пути к выходу мельком глянул в окно. Сонбэ! Да что она постоянно слоняется по округе, как беспокойный квисин, что ночью, что сейчас! Опять проверяет, все ли в порядке, или ломает голову над его «утоплением»? Минхва зябко обхватила себя за плечи, и он спохватился: отдать куртку!

Выйдя в туманное студеное утро, Ючон огляделся. Куда она делась, ведь только что здесь была! Заглянул за угол. Обошел здание. Позвать, что ли…

И услышал неподалеку негромкие, но раздраженные голоса…

***

[1] Час Быка – по-китайски время с 1-00 до 3-00.

- Это что еще за ночное возвращение на пару с Ким Ючоном?!

А? Я теряюсь от неожиданного вопроса и оттого, что Сонги утаскивает меня за руку в узкий проулок между зданием администрации и каким-то сараем. Бывший решает, что своим ошарашенным молчанием я подтверждаю вину… вину в чем? – дергает и трясет мое запястье. Выдавливает сквозь зубы:

- Я же предупреждал – никаких отношений с Ким Ючоном! Ни плохих, ни хороших, ни… А ты!

- Что я-то? – пытаясь освободиться, по-прежнему не врубаюсь я. – Что на тебя нашло? Сонги, ну-ка отпусти меня и объясни все спокойно!

- Я же видел, в каком виде вы вернулись! Пьяные, в обнимку. И наверняка не я один все это видел!

Пытаюсь взглянуть на вчерашнюю ситуацию со стороны: я, поддерживающая шатающегося полураздетого хубэ… Соглашаюсь:

- Хм… И правда.

От удивления – думал, что я буду возражать, выкручиваться, просить никому не говорить? – Сонги даже отпускает мою руку.

- И ты так преспокойно это признаешь?! Забыла о запрете на офисные романы?

Собираюсь так же спокойно поведать, что вчера на самом деле было, но вместо этого уточняю:

- Между прочим, мы с ним пока еще не в штате!

- И что? Правила компании распространяются на всех! Этому-то… - даже любопытно, какое определение Ким Ючона он сейчас проглотил, - …с него всё как с гуся вода! А вот ты пострадаешь, и еще как!

И снова я говорю не то, что следует - задумчиво прикидываю:

- Интересно, а работай ты вместе со своей Со Наюн, тебя бы такой запрет остановил?

- При чем тут это?! Мы сейчас говорим о тебе и…

- Это ты говоришь, - поправляю я. – Скажи, Хон-ши, а ты хоть раз пожалел? Хоть один-единственный разок – что ушел от меня?

Сонги теряется. Привалившись к стене сарая, нервно потирает лицо ладонями.

- Слушай, Минхва, давай сейчас не будем…

Я тоже прислоняюсь к стене здания: теперь мы стоим друг напротив друга, соприкасаясь носками кроссовок. Киваю.

- Конечно. Мы и тогда не стали, и сейчас не будем! Единственное, что я от тебя услышала: «прости». Прости, это не твоя вина. Прости, дело не в тебе, а во мне. Прости, мне нужно время разобраться, все так сложно…

- А чего ты от меня ожидала? Что ты хотела, чтобы я сказал? – раздраженно говорит Сонги. – Я же искренне извинился…