- Хорошо, - наконец решает Ючон. – После поговорим. Извините за сегодняшнее, омони, - это уже родительнице. - Прошу прощения за себя и за мою бабушку.
- Не слишком ли ты много на себя берешь, Ким Ючон? – подает голос председатель. – Извиняется он за меня, гляди-ка! Да если б не ты, ничего б этого не случилось!
- Идем уже, хальмони, - только и отвечает на это внук, кивает Минсоку, и, бросив короткий взгляд на меня, уходит. Мы дружно переводим взгляды на прочно угнездившуюся на нашем диване Ким Юри. Та хмыкает:
- Что, теперь меня выставляете?
- Что вы, как можно? – в тон ей отвечаю я. – Просто у главы корпорации «Ильгруп» слишком много дел и хлопот, чтобы тратить свое драгоценное время на ничтожных нас!
Мама незаметно тычет меня в спину: угомонись уже, хватит! И правда пора прикусить язык – если, конечно, я все еще собираюсь продолжать работать на ту самую корпорацию, но… Не хочется.
Ким Юри хмыкает и неожиданно бодро – наверное, победа придала ей энергии! – встает с дивана. Проходя мимо, вдруг по-свойски пихает меня локтем, усмехается:
- И характер-то ровно как мой в молодости! Эх, жаль-жаль, что тебе с семьей не повезло…
Наверное, пытается таким образом подсластить горькую пилюлю: на губах мед, на сердце - лед, как говорит мама. Даже сквозь стиснутые зубы я не могу пожелать председателю доброго пути. Это делают мои родственники, потом торчат в дверях, наблюдая, как разъезжаются от дома невиданные в нашем районе люксовые автомобили.
Мама проходит в дом и, отбросив многострадальное полотенце, заявляет (ну да, как же без последнего слова!):
- И думать не смей! Нашла с кем связаться, с чеболем! Сом ищет сома, а плотва плотву! Ровня нужна, а это так, побаловаться, только время терять! И пользы от него тьфу – одно-единственное колечко, и то отобрали!
Надо думать, подари мне Ким Ючон машину и квартиру, и погаси все наши долги, сказала бы: «Айгу-у, какая молодец моя доченька, чеболя ухватила!»
- Да еще внебрачный и беспутный, даже бабка признает! - не успокаивается мама. – Поговорю со знакомыми, пойдешь на свидание с нормальным парнем, и не крути носом, пойдешь как миленькая! Ишь, нехороши мы им! – И, озабоченно схватившись за лоб, прерывает саму себя: – А проблем-то на работе у тебя не будет? Вдруг вообще уволят, а?
Не в состоянии я сейчас ни строить версии, ни предсказывать завтрашние проблемы, ни говорить о Ким Ючоне. Подхватываю куртку и с «всё, мама, я пошла» пролетаю мимо родительницы.
- Но… - слышу вслед, но не оборачиваюсь. Во дворе Минсок хозяйственно собирает урожай рассыпанных консервов – чеболи, разумеется, их не взяли. При виде меня брат с широкой улыбкой показывает сразу два больших пальца.
- Минхва-нуна, а я вас с Ючоном поддерживаю! Можете на меня рассчитывать!
Я с размаху и с большим удовольствием наступаю ботинком ему на ногу в наскоро надетом шлепке, еще и прокручиваю показательно. Брат вопит от боли и неожиданности:
- Нуна, за что-о?! Я же за вас!
- Не смей брать чужие деньги, понял?! – шиплю я. – Теперь еще и их отдавать придется! - И замахиваюсь подхваченной с земли банкой тушенки.
Минсок испуганно прикрывает голову обеими руками, а я…
Стою с это проклятой банкой в руке и смотрю сверху на своего скорчившегося брата: старый костюм с «блеском» на локтях и коленях (надевается на все собеседования, экзамены и похороны), стрижка от парикмахерши по соседству (не очень умело, зато дешево), бледная кожа – бесконечное бдение над учебниками в душной комнатке без окон и алкоголь на пустой желудок никого не красят… Только что здесь был его ровесник, которому все досталось просто так, от рождения – не нужная ему учеба заграницей, не нужная ему работа по знакомству, неисчерпаемая карта «Американ экспресс», квартира в престижном районе Сеула. Еще и богатая невеста из влиятельной семьи светит...
У Ким Ючона есть всё - кроме любви близких.
И я даже знать не хочу, что бы из этого выбрал Минсок, случись у него такой выбор…
Наклоняюсь и… треплю брата по голове – тот вздрагивает как от удара, вскидывает изумленные глаза. Говорю сдавленно, стараясь не расплакаться от накатившей жалости – к нему ли, к себе ли:
- Помоги мне хоть немного, Минсок! Твоя нуна тоже не железная…
По пути к воротам подбираю еще одну банку, теперь с рыбой. Ну а что, заработала же я хоть такие «отступные»?
***
[1] Дорама выходного дня – длинный семейный сериал, «мыльная опера».
Утром замазываю черноту под глазами – «пробный» мейкап в магазине Джиен сейчас был бы очень кстати, но нет времени и желания. Спала я мало и рвано, беспрерывно прокручивая сцену в нашем доме и все больше испытывая унижение и стыд. Верно Ким Юри сказала: ну не дура ли я?! Что стоило проанализировать все оговорки парня, его поведение и незнание элементарных реалий – я-то их объясняла жизнью заграницей…