Толстая черная Мария вышла из кафе, приветливо улыбнулась. Водитель открыл дверцу, помог женщине выбраться. Русская сеньора распрямилась, потерла уставшую спину.
– Так я поехал, Ольга Андреевна? – спросил водитель.
– Конечно, Ваня, – кивнула женщина, – вернешься через час. И не забудь: Николаю Александровичу – ни слова.
– Разумеется, Ольга Андреевна, – кивнул водитель и уехал.
– Вам как обычно, сеньора? – спросила негритянка, – как вы себя чувствуете? Наверное, совсем скоро?
Женщина, тщательно подбирая испанские слова, сказала:
– Да, Мария. Как обычно. Все хорошо, а срок через неделю. Действительно, скоро.
Смуглый мальчишка оттащил выгоревший шезлонг под укрепленный на пляже зонтик. Помог Ольге усесться поудобнее, подал бокал с ананасовым соком.
– Спасибо, Хосе. Теперь на почту? – спросила женщина.
– Да, сеньора! – мальчишка развернулся, побежал, сверкая розовыми пятками.
Женщина откинулась в шезлонге, закрыла глаза. Тихо подошла хозяйка, спросила:
– И кого ждете, сеньора? Наверное, девочку – рыжую, как мама?
– Нет, – рассмеялась Ольга, – мальчика. Кудрявого и умного, как папа.
– Тоже хорошо, – согласилась Мария.
Послышался топот босых ног – запыхавшийся Хосе уже издалека размахивал конвертом и кричал:
– Письмо! Вам письмо до востребования, сеньора!
Ольга, с трудом скрывая волнение, схватила конверт. Мария деликатно отвернулась, пошла в кафе, обняв за плечо мальчишку:
– Пойдем, Хосе, тебе еще полы мыть.
Ольга дрожащими руками разорвала конверт. На песок упали фотография и сложенный листок. Пыхтя, с трудом нагнулась, подняла. С фотографии смотрел худощавый брюнет в форме торгового моряка. Развернула, жадно начала читать.
Тихо рассмеялась. Погладила огромный живот, сказала:
– Ну что, сыночек, папка-то у нас теперь моряк Балтийского морского пароходства. Так, глядишь, и до пирата докатится.
Оперлась на подлокотники шезлонга, с трудом поднялась. Сбросила шлепанцы, пошла к воде, загребая босыми ножками белоснежный песок. Приставила ладошку козырьком от полуденного солнца.
Океан приветливо подмигивал солнечными бликами, играл белыми барашками.
Далекая любопытная волна привстала на цыпочки, выгнула изумрудную спину.
Или это был Зеленый Парус?
