Ракета медленно двинулась вверх, расстыковала штекеры электрической связи с подводной лодкой и далее своими копирами раскрыла замки полузахватов стоек. Те под действием пружин, отброшенные в стороны, окончательно освободили ракету. Их лязг железа о железо приглушил усиливающийся шум реактивной струи отработанных газов и двигатель, выйдя на режим полной тяги, унёс свободную ракету на заданную людьми траекторию полёта. Лодка продолжала следовать заданным курсом, практически не ощущая никаких перемен.
На корабле-контролёре за стартом ракеты велось наблюдение с использованием всех оптических и технических средств. Наблюдателям было хорошо видно, как ракета покрылась клубами жёлто-оранжевого дыма, затем, зависнув над ним, засверкала ярким пламенем работающего двигателя и, огласив окружающее пространство победным рёвом реактивной тяги, яркой звездой ринулась в небо. Было видно, как отрабатывая угол тангажа, «звёздочка» отклонилась от вертикали и, набирая высоту, исчезла за облаками.
— Шустрая, холера! Была и нету. Теперь у подводников одна забота — куда она грохнется, — указывая на след ракеты, высказался старпом.
— Это печаль уже не наша. «Хорошего понемножку!» — сказала бабушка, вылезая из-под трамвая прямо под колёса автомобиля. Наша работа по обеспечению подводников закончена. Согласно плану мы идём домой в Североморск, — сообщил командир корабля-контролёра.
Действительно, с подводной лодки поступило радио: «Благодарю за обеспечение. Следуйте согласно вашему плану. Командир».
— Работали-веселились, досвиданье — поклонились! Я не употребляю слово «прослезились» ибо уверен, что «не пропадёт ваш скорбный труд и дум высокое стремленье!». Мы сделали всё, чтобы ракета на полигоне попала в «колышек». Всем спасибо. А поклониться нам придётся ещё не раз. Работы после стартовых мероприятий с ракетным комплексом у нас навалом. Так, что за работу, дорогие товарищи! — сказал командир БЧ-2.
По отсечным динамикам разнеслись слова поздравления подводников командованием корабля и соединения с успешным пуском ракеты. Получив доклад о «приёмке» ракеты боевым полем, подводный крейсер погрузился и взял курс в базу.
Время, подстёгнутое пристальным разумным вниманием самого «верха» Московского Кремля, творило рукотворные чудеса. Можно было заметить, что именно тогда в губе Западная Лица военных строителей стало гораздо больше чем моряков. Там же по единственной дороге с небольшими интервалами цепочкой шныряли, гружённые разным строительным добром и другим оборудованием, натужно урчащие самосвалы.
Созидающие взрывы выбрасывали каменистую почву под фундаменты возводимых строений, раскатистым эхом оглашая окружающие сопки о рождении новых домов, сооружений для технических и складских надобностей, подсобных помещений и коммуникаций, а в целом — жилого городка и базы атомных подводных лодок на берегу губы.
Как-то очень быстро и незаметно — ведь всё хорошее воспринимается как должное, подводники переселились в пятиэтажную новую казарму, стоящую напротив, пахнущего краской, просторного камбуза-столовой. Непривычный звук, звенящего множества металлической посуды, разносился в его просторных помещениях, перекликаясь с гулом заметно увеличенного числа моряков в экипажах подводных лодок.
Во всей стране, в том числе и в Вооружённых силах созревала большая перестройка. При всеобщем «потеплении» внутренней политики, очень медленно, но центр управления хозяйством державы перемещался из Москвы в города и сёла, заводы и колхозы. Велись широкие исследования по перевооружению всего хозяйства более эффективной техникой, внедрялись новые технологии.
В конструкторских бюро разрабатывались новейшие образцы ракетного оружия и его носители. Воздвигались заводы и цеха, на которых закладывалось к постройке новое поколение кораблей, самолётов и другой военной техники. Не выдерживая этой технической экспансии, старая Армия страны Советов трещала по швам и была вынуждена отторгнуть из своих рядов более миллиона военнослужащих.
Плановое хозяйство страны, используя практически неограниченный ресурс для производства станочного парка и новейших технологий по производству товаров группы «А», продолжало игнорировать выпуск качественных товаров группы «Б», которыми жило и питалось население.
При великом множестве человеческого ресурса, грамотных образованных квалифицированных специалистов для обслуживания новой техники на производстве и в Армии катастрофически не хватало. Не удивительно — большинство армейских военных училищ, кроме академий, выпускали специалистов со средним образованием. Их количество уже не могло удовлетворить новые требования ценза образования именно по качеству подготовки офицерского состава Армии.
В кажущемся лучшем положении оказался Военно-Морской флот. Большинство его училищ, учитывая уникальность специфики, сложность и обширность чисто профессиональных знаний, традиционно выпускали морских офицеров с высшим образованием.