«- Клён ты мой опавший, клён заледенелый, что стоишь нагнувшись под метелью белой?» — звенел её лирический серебряный голос. Антон в дуэте вторил ей одухотворённые в грусти слова стихотворения слегка подвыпившего Есенина…. Он с обожанием смотрел на свою единственную берёзку — Светлану, а Борис Аронович не отводил взгляда от жены своей. И никого в мире для них больше не существовало!
С приходом в базу, после двухмесячной отсидки в прочном корпусе подводной лодки, когда физическое и психологическое напряжение нервов моряков в период боевой службы немного спадало, физиология организма с неодолимой силой тянула мужиков к женщинам, семьям и своим детям.
После предварительных докладов, приветствий и встреч подводники выводили из действия работающие механизмы, выключали приборы и системы, подключались к питанию корабля к береговым средствам. Офицеры и мичмана свободные от вахт и дежурств сходили на берег на побывку к своим родным и близким.
Встречающих жён, как и прежде, на пирсы и причалы местные начальники не допускали. Верные подруги подводников, гонимые всевозможными патрулями и стражами несуществующей военной тайны, по дорогам и сопкам в укромных уголках высматривали своих мужей. Наконец-то всё позади! Как говорится: «счастья полные штаны»….
Командир дивизии «от щедрот души» прислал командиру «газик». Бух «под завязку» напихал туда офицеров и сел сам. Присевший от перегрузки «газон», завывая и откашливаясь чёрным дымом, еле сдвинулся с места и тихо пополз на гору по дороге в жилой городок.
Борис Аронович, на переднем сидении, не веря глазам своим видит, как навстречу машине бежит его красавица жена. Каблучки её модных туфелёк, проваливаясь, пашут свежую гальку насыпной дороги, но она ничего не чувствует и летит навстречу обожаемому мужу!
Всегда спокойный и уравновешенный, не терявший самообладания в самых сложных ситуациях, командир растерялся…. Почти на ходу он выскочил из затормозившего «козлика». Рванулся к жене. Остановился. Посмотрел на усилия офицеров, которые, застигнутые врасплох, пытались уплотниться и освободить ещё одно место для жены командира. Махнул безнадёжно рукой. Подбежавшей, запыхавшейся Ларисе указательным пальцем показал направление в сторону городка. Сам сел в машину и категорично скомандовал: «- Домой!».
«Козлик» тронулся с места. За машиной бежала жена.
— Тьфу! — не выдержал Бух. — Останови машину! — приказал он шофёру.
Овладев обстановкой, из «газика» выкатились все офицеры и побежали навстречу Ларисе. Они подхватили её на руки и поставили перед своим командиром. Тот, опомнившись, поцеловал жену и все они, отпустив одинокую машину, обрастая встречающими подругами и детьми, дружной гомонящей толпой двинулись наконец-таки домой!
Но не ко всем офицерам улыбка жизни была столь ласкова и приветлива. На следующий день на подводной лодке Антон встретил своего штурмана капитан-лейтенанта Даниловича. Даже большие чёрные очки не могли скрыть синюшного, в лиловых мешках под глазами, побитого в драке, лица офицера.
— Здравствуй, дядя, что с тобой? — спросил Антон.
— Вражеская пуля! — ответил неунывающий штурман.
— Ага, ври больше! Скорее всего тут впору поработать снаряду, а вероятней всего кулаку величиной с пудовую кувалду, — уточнил Антон.
— Антон, не трави душу. И так тошно! Я тут к разведёнке — бывшей жене нашего механика присоседился. Хороша стерва! — не удержался от комплимента штурман. Всё уже было «на мази». Да тут автономка…. А холостяков настоящих и соломенных в гарнизоне полно — хоть гать гати! Я, ослабевший и запыхавшийся, прихожу к ней вечером, а там место занято. Сидит здоровенный, упитанный обормот с ракетной техпозиции. Слово за словом и начали выяснять отношения….
— Чего ржёшь, мне и так не сладко! — обиделся Данилович.
— Владлен, — обратился к нему Липовецкий, — лучше выясни свои отношения со своей женой. Квартиру ты получил, бери её в охапку и вези сюда.
— Так не хочет! Видишь ли: работа, мама, что я буду там делать?! — вырвались наболевшие проблемы у Владлена.
— Мужик ты или нет! Посмотри на себя: высокий, симпатичный, умный — почти капитан 3 ранга! Ты же её уговорил выйти за тебя замуж ещё зелёным лейтенантом. В охапку! — и вези сюда, и чем скорей, тем лучше, — посоветовал Антон. — Или будешь, как мой Алексей. Липовецкий кивком головы указал на, подошедшего с группой офицеров, старшего лейтенанта Лазуткина. Он был назначен на место Лыткина, ушедшего на повышение.
— Чем это провинился Лазуткин, — спросил здороваясь Алексей.
— Да мы так, о жизни, — решил замять щекотливую тему Данилович.
— Ага, шеф, значит речь идёт о женщинах! — заинтересованно стал в круг Лазуткин.
— Ну да, в разговорах на тему № 1 он как рыба в воде. Только рыба явно из породы хищников! Щука не щука, а какой-нибудь судачок, который втихую лопает доверчивых плотвичек, — заметил его товарищ по походам на «охоту» старший лейтенант Попов В.