– А если я скажу, что спала с ним? Что у нас все было, и я продолжаю это делать? – ее взгляд сканирует меня, как хренов лазер. Я слишком сильно сжимаю ее лицо, когда до меня доходит смысл ее слов. Всего лишь блеф… Или нет?
– Это неправда, – говорю я, прищурившись. Лекси улыбается коварной улыбкой.
– Ты никогда не узнаешь наверняка, не так ли? Что если «да», Джейс, и я действительно стала такой сукой, которая трахается с женатыми мужчинами? Ты уедешь в свой оазис лечить дальше свою душу? Или все-таки сделаешь контрольный выстрел?
Я с минуту смотрю на нее, ощущая, как закипающий гнев подкатывает к горлу, как пальцы чешутся от желания сдавить посильнее ее точеные скулы, увидеть отражение боли в этих чудесных глазах. Джон был прав, другая часть меня никуда не делась. Мы неразрывно связаны.
– Ни то, ни другое, – произношу я, ослабляя хватку. – Я поверю тому, что говорят твои глаза и мое сердце.
– И что же это, Джейс? – ее голос напряжен.
– Ты моя малышка, и тебе можно верить.
– Ты ошибаешься! – в ее голосе звучит горечь. Боль. Обида. Мое сердце разрывается. Мы сделали это с нами собственными руками. Я сделал. – Я могла, Джейсон. Могла. И ты виноват. Только ты.
– Я знаю. Прости меня, малышка. Я все исправлю, – обещаю горячим шепотом, почти касаясь ее губ.
– Никогда, Доминник. Никогда ты не сможешь ничего исправить, – отчаянно качает головой Лекси, обхватывает ладонями мое лицо, глядя в глаза с отчаянным желанием и затихающим гневом.
– Вернись ко мне, и посмотрим. – Мои ладони скользят по ее спине вниз, сжимают ягодицы, приподнимая, и я вжимаюсь в ее теплое тело с глухим стоном. Я не могу терпеть, мне нужно быть в ней. И это не просто похоть, нечто более мощное, глубинное. Я хочу не физического акта, а слияния, полного, неразрывного. Я хочу ее всю, а на меньшее не согласен, и никогда не был согласен.
– Ты можешь трахнуть меня, Доминник, но это ничего не изменит, – Ее грубые слова только сильнее подстегивают меня. Прелюдия слишком затянулась. На самом деле, я пришел сюда с целью сделать это прямо на пороге, пока она не опомнилась и не захлопнула перед моим носом дверь, но мне повезло больше…
– Давай с чего-то начнем, а потом посмотрим, – прерывисто шепчу я, чувствуя, как собственный голос ломается от переполняющего тело болезненного напряжения. – У тебя есть спальня?
– Нет. Я туда не пойду. Мы там спим с Андреа. – Она смотрит на меня широко распахнутыми глазами, ее дыхание судорожно вырывается из губ. Наклоняюсь и целую ее горячий рот, проникая языком в самую глубь, уверенно и властно, напоминая, как это будет, когда в ней окажется мой член.
– Мне тоже снятся кошмары, Лекс, – признаюсь я, отстраняясь и тяжело дыша. – Я знаю, как нам помочь, детка. – Резко разворачиваю ее спиной к себе. Переплетаю пальцы левой руки с ее пальцами и опираюсь ими о стойку бара. Лекс наклоняется, покорно выгибая спину. Такая знакомая картинка, что в груди появляется щемящее чувство. Я целую ее обнажившееся плечо, ощущая всем телом ее дрожь и нетерпение. Свободной рукой пробираюсь под свитер, и стягиваю трусики вниз… и свитер тоже. Она абсолютно обнажена. Я на мгновение позволяю себе насладиться изгибом ее шеи, длинным и хрупким, тонкой талией, переходящей в округлые бедра, розовой попкой, которую мнут в нетерпении мои ладони. Раздвигаю ее бедра, проникая двумя пальцами во влажное лоно, чувствуя, как подрагивают нежные стенки, горячие и набухшие.
– Господи, Джейсон, – она тихо всхлипывает, пряча лицо за копной волос. – Как ты это делаешь?
– Я еще ничего не делаю, детка, – хрипло выдыхаю я, вытаскивая пальцы из нее и расстегивая ремень на брюках. Мне кажется, проходит целая вечность, пока я справляюсь с ширинкой и джинсами, спуская их вниз. Промокшая под дождем ткань не так легко поддается трясущимся пальцам. Такое ощущение, что это первый секс в моей жизни. Меня трясет, как мальчишку, и я… даже не с первого раза попадаю, куда нужно.
– Похоже, я растерял навык, – вырывается у меня нервный смешок. Лекси вздрагивает, прижимаясь ко мне ягодицами и вдруг дергается, как от боли, когда я проникаю в нее глубоким сильным толчком. В глазах темнеет от охватившего удовольствия, мгновенно теряю связь с реальностью, впадая в нирвану. Я чувствую только горячие тиски ее тела, которые так туго держат меня, что я готов кончить с первого толчка.
– О, черт. Так туго, – вырывается у меня, когда я толкаюсь снова, и Лекс прогибается, но ее ладонь ложится на мое бедро, удерживая.
