– Я предлагаю выпить за мою спасительницу! – крикнул Минефор, глядя на Оллу и подняв свой кубок. Гости одобрительно закричали: «За спасительницу!» Кросмина сверкнула на девушку глазами, но пить не стала. «Ну вот, кажется, у меня появилась недоброжелательница», ‒ подумала Олла. Кушанья, которые подавались к столу, были вкусными и изысканными. Кабана Олле почему-то не хотелось (запах дичи не нравился девушке). Когда было достаточно съедено и выпито, перед гостями стали выступать артисты. Разыгрывались представления на мифические темы. Потом пел юноша песню о влюбленном в морскую деву рыбаке. Олла никогда раньше не слышала этой песни, выступление певца ей понравилось. Но она очень устала за день, уже хотелось спать. Гости стали выходить из-за стола, некоторым помогали слуги. Олла тоже встала, к ней тут же подошла служанка, чтобы проводить до спальни. Она помогла ей раздеться, укрыла покрывалом из мягких беличьих шкур. Олла задремала, когда раздался стук в ее спальню.
– Кто там? – спросила девушка.
– Олла, это я, Минефор. Открой, я хочу к тебе!
– Нельзя, у Вас невеста, мой господин, это невежливо!
– К чертям все условности!
Похоже, Минефор был изрядно пьян. Он требовал открыть. Но Олла настойчиво и вежливо отклоняла его попытки проникнуть к ней. Тогда он пригрозил сломать дверь и пошел искать что-нибудь подходящее. Сон у Оллы как рукой сняло. Благо, балкон был в спальне, и Олла вышла на него. Она посмотрела на перстень и позвала Вейлара. Быстро переодевшись в свою одежду, забрав свои вещи, Олла снова вышла на балкон и стала ждать. Минефор тем временем снова начал стучать в дверь, ругаясь и грозясь ее сломать. Кажется, там были слуги, которые пытались отговорить его, но он приказал им уйти. Стали раздаваться стуки чего-то тяжелого, наверное, топора. Слышался треск дерева двери. Если Вейлар не прилетит сейчас, она попытается спрыгнуть со второго этажа, но это довольно высоко. Внизу кусты, но все равно страшновато. Однако Олла была готова уже прыгать, когда увидела прямо перед собой крылья. Вейлар постарался поближе подлететь, чтобы Олла прыгнула ему на спину. Они взмыли вверх, и темнота ночи поглотила дракона. Когда, наконец, Мине-фор ворвался все-таки в спальню, Оллы там уже не было. Это было для него удивительно. Он видел, что дверь на балкон открыта, вещей девушки не было, значит, она сбежала. Но как???
Вейлар держал Оллу в объятиях. Ее немного колотило от пережитого. Было страшно там, когда Минефор ломился в дверь. Олла все рассказала Вейлару, а он успокаивал ее.
– Не бойся, все будет хорошо. Этот мальчишка протрезвеет и одумается. Там же его невеста, она бы это не одобрила. Да и мать, я думаю.
– Мне все равно страшно. А вдруг он захочет прийти сюда?
– А здесь он встретит меня. И я не завидую ему, даже если он рыцарь.
– Что-то нерыцарское поведение у Минефора.
– Все, успокойся. Правда, мне нужно на некоторое время улететь, но ты будешь здесь с Реглой и Вигмой. Кроме того, у нас крепкие двери и замки. Если Минефор будет неподобающе себя вести, выйдут горожане, осудят его. Не думаю, что он устроит здесь потасовку. У него ведь должна быть репутация. А к обеду я уже прибуду, так что не переживайте.
Вейлар оставил Оллу в комнате и вышел на улицу. Девушке надо успокоиться и поспать. А он… Он знает, что нужно делать. Он отошел от дома, спустился к реке, прошел вдоль берега. Когда убедился, что никого рядом нет, обратился в дракона и улетел.
Олле снились тревожные сны. Она все от кого-то убегала, пряталась, боялась чего-то. Когда проснулась, не чувствовала себя отдохнувшей. Регла уже приготовила завтрак. Вигма пришла, и они с Реглой чему-то смеялись на кухне. Вчерашние события казались уже далекими и ненастоящими.
Не успели девушки позавтракать, как пришли первые больные. Олла отвела их в свой кабинет. Это были две женщины в дорожных плащах и с закрытыми капюшонами лицами.
Регла с Вигмой разговаривали шепотом, чтобы Олла их не услышала.
– Что-то вчера, видимо, случилось в замке Минефора, раз Вейлар так спешно прибыл и увез оттуда госпожу, – делилась мнением Регла.
– Да, странно. Это ведь очень богатый рыцарь, он же главный в своем замке после смерти его отца. Я помню, каким был старший барон. Очень грозный, наказывал за малейшую провинность, – рассказывала Вигма. – В его подвалах, в застенках томились люди. Если за них давали большой выкуп, он мог их выпустить, а если нет… Я даже представить себе боюсь, что было бы с ними. Отец рассказывал, что слышал стоны и крики из подвалов замка, когда приходил туда на заработки.
– А что если Минефор рассердится на госпожу? Что тогда с нами будет?
– Знаешь, я тоже об этом думаю…
