— Боевые заклинания тоже неплохо работают, разве нет? — передернула плечами Эвелина. Агнесса вздохнула, повнимательнее присматриваясь к дочери. Она успела не раз пожалеть, что разрешила Эвелине участвовать в облаве, пока та бродила по Театральному бульвару со своим отрядом. Потом — едва не потеряла рассудок от страха, пока думала, будто в Эвелину вселилась та же тварь, что и в нападавших. Сама дочь казалась не в пример спокойнее. И как будто все было в порядке, но что-то грызло, не давало отвлечься…
Агнесса попыталась отогнать приступ необъяснимой тревоги. Существо пило из Эвелины магию, а потом… Чем все закончилось? Женская магия оказалась ему не по зубам? Так сказал Аджарн, и Агнесса поверила. Но, проклятие, ему-то откуда было об этом знать? Сразу заметно, что у человека нет своих детей!
— Можно выходить. Песчаный дракон сейчас по другую сторону дома, — заявила вдруг Смирлана. Мэри как ни в чем не бывало кивнула и заторопилась вниз, Эвелина тоже не удивилась. Агнессу же эти слова вогнали в новый ступор.
— Ты откуда знаешь? — изумилась она.
— Наверное, частицы темноты, — оглянулась Эвелина. — В этом доме ты как, тоже их видишь?
— Дом как дом, — отозвалась Смирлана. — Зато в тебе…
Она испуганно зажала рот ладошкой. Эвелина тоже остановилась как вкопанная. Агнесса в который раз почувствовала уже знакомое соприкосновение с неизвестным пластом знаний. И чьих? Собственной дочери и ведьм из женской гильдии!
— Я слушаю, — сухо бросила она, впиваясь взглядом в смазливую физиономию Смирланы. Та перепугалась.
— Я же говорила, кажется! Я не вижу темноты! Вижу только что-то вроде белых ночей. По описанию похоже, я читала… И вот…
— Говорила. Это бывает, — несмотря на свой уверенный тон, Агнесса понятия не имела, что это за странность зрения или восприятия. — Какое отношение это имеет к Эвелине?
На миг ей показалось, что она готова голыми руками убить Смирлану за эту паузу.
— Так вот. После Безликой Сущности я научилась видеть частицы темноты. Сначала только в некоторых местах, а потом — в людях, теперь вот — в этих тварях за окошком! — закончила Смирлана. — Я чувствую, где дракон, потому что ощущаю темноту в нем! И в Эвелине я вижу ее следы тоже! Еще она есть в нашем с Мэри сторожевом особняке, еще — на самой улице Хеймат. В каждой из нас тоже по чуть-чуть…
Облегчение было таким сильным, что у Агнессы едва ноги не подогнулись.
— И что? — ей показалось, что она вот-вот набросится на девчонку. — Ты хочешь сказать, что видишь магию Арки? Проклятие, это всего лишь магия Арки, и я знаю, что в тварях-марионетках пришлых она есть, потому что пришлые научились пользоваться силами Арки!
Ведьмы молчали. Агнесса поняла, что кричит, и перевела дух. Песчаный дракон снова колотил обрубленным хвостом во все окна и стены, да так, что дрожала лампа. Момент был упущен.
— В следующий раз, когда будет что сказать, говори сразу, — устало буркнула Агнесса. — Это ко всем относится.
— Мы говорили, — деликатно вмешалась Мэри. — Тогда, в гостинице. О насылании болезней, о драконьем бешенстве…
— Я помню, — проговорила Агнесса. И повторила уже совсем медленно: — Помню…
Мысль сформировалась окончательно. Четкая и ясная, как хрустальное сияние за дверью.
А ведь действительно, у каждой из ведьм есть некая особенность. Причем эта особенность — вовсе не отличительная черта личности. По правде говоря, о личностях подопечных Агнесса знала так же мало, как и в день знакомства. Они были не подругами, даже не соратницами — просто подчиненными, первыми, кто пошел за создательницей женской гильдии. А примкнули к ней оттого, что Сущность не оставила им выбора.
И сначала Агнесса думала, что все вписывается в рамки различий, обычных для магов.
Кого тянет к драконам — тому проще будет овладеть специфической магией дрессуры и подчинения неразумных животных; кому больше нравится спокойная монотонная работа вроде создания зачарованных сеток над теплицами или копирования новых и новых партий зерна — тот приживется у собирателей… Даже заклинатели огня при всей своей приближенности к Арке изначально были обычными магами, такими, как все. Их магический фон менялся постепенно от использования определенных заклятий. Агнессе казалось, что с ведьмами все происходит точно так же. Но видеть частицы тьмы, глядя при этом не глазами? Или, подобно Ястмин, насылать болезни, а не врачевать? Бесить драконов, а не подчинять?..
Дом содрогнулся до основания. Казалось, в стену врезалось уже не одно песчаное создание, а сразу целая стая. Стоять и размышлять было явно некогда. Проклятие. Разгадка была совсем близко! Или способности ведьм вывернуты наизнанку оттого, что женская магия противоположна мужской? Но она ведь не совсем противоположна… и это выглядело бы невероятно глупо — предположить, что ведьмы могут лишь разрушать, а маги рождены, чтобы создавать. И способности ведьм тоже были не только разрушительными…
Агнесса оставила мысль на потом и, сбежав вниз по ступеням, замерла у входной двери особняка.
