Ткнув в кнопку «сохранить», Анри отстегнулся и одним толчком отправил себя в короткий полет за скафандром. Пока он возился с письмом, большая часть экипажа уже разобрали костюмы и отлетели к своим местам, освобождая место замешкавшимся, которых оказалось немного – Анри да офицер безопасности. Напоминавший тощего, но добродушного медведя, сержант Лу никогда никуда не торопился, выполняя свои обязанности со степенной основательностью. Он, похоже, и жил так же основательно и неторопливо, словно впереди у него маячили долгие столетия такой вот неспешной жизни. В этом он походил на своего сменщика Эдди, тоже сержанта и такого же сонного и медлительного блондина. За месяц полета Анри так и не узнал их фамилий, а еще четверых сотрудников службы безопасности и вовсе знал только в лицо. Жили они отдельно от остального экипажа и особого желания общаться не проявляли.
Вот и сейчас, недружелюбно бурча себе под нос, сержант Лу вытащил из ячейки сложенный скафандр и тут же полетел обратно к своему посту. Сам Анри торопливо скинул форму и, поеживаясь, несмотря на комфортные восемнадцать градусов, быстро влез в скафандр и метнулся к своему рабочему месту. Нервозность в резервном командном центре достигла такого уровня, что казалось – еще немного, и ее можно будет потрогать.
– Маневр торможения через десять секунд, – предупредил всех Александр Правый.
За оставшиеся секунды Анри едва успел ухватиться за спинку своего кресла. К моменту, когда, извещая о включении двигателей, рявкнул баззер, он только начал пристегиваться. Ощутив, как центробежная сила начала вытаскивать его из кресла, он не удержался и выругался, недобрым словом помянув торопыгу Вейли.
– Нечего на пилотов пенять, старпом, – назидательно проронил с экрана Манн. – Я подал команду заранее!
– Виноват, сэр! – не стал отрицать своей вины Анри, но истинную причину задержки назвать не решился: – Проверял укладку торпед, не успел вовремя.
– Впредь успевайте!
– Так точно, сэр. – Анри машинально привстал, но, натолкнувшись на привязные ремни, осел обратно. Тем более что Манн даже не посмотрел в его сторону. У капитана хватало других забот.
Выведя на консоль картинку с радаров, Анри нервно выстукивал пальцами на подлокотнике несуразный мотив. Фрегаты, уравняв скорости со спутником, повисли, окруженные такшипами, в сотне километров от более толстой оконечности Метиды.
– «Церам», здесь «Котлин».
– Слышу вас, «Котлин», – жестом отстранив связиста, за микрофон взялся сам капитан.
– Отто, как договаривались, первым пойду я. Следом вы с «Виконтом».
– Понял тебя, Оливер, делаем по плану! Удачи!
Капитан Манн зафиксировал внешнюю камеру на «Котлине» и отрегулировал увеличение так, чтобы фрегат занимал примерно треть экрана. А Беллар на своей консоли выделил почти все рабочее пространство для трехмерной схемы окрестностей Метиды. На основной экран выводилось лишь чистое видео, а на свою консоль Анри вывел много дополнительной информации. Вектор, ускорение, текущая скорость относительно их фрегата, расстояние до спутника и многое другое.
Пыхнув огоньками маневровых двигателей, «Котлин» едва заметно повернулся и тут же погасил вращательный момент включением двигателей с другой стороны. На взгляд Анри, за этот маневр «Котлин» развернулся к Метиде едва на пятнадцать градусов. И только выключились двигатели, дал еще один импульс, на сей раз еще короче. Чересчур осторожно! Видимо, того же мнения придерживался и Манн, который хмурился все сильнее и сильнее и наконец, не выдержав, хлопнул по подлокотнику кресла.
– Какого черта они пристраиваются, словно к девственнице? Не успеем же!
Прежде чем рулевые решили, что вектор будущего разгона их удовлетворяет, «Котлин» включал маневровые двигатели еще дважды, и только потом запустил маршевый двигатель. И даже быстрее, чем сенсоры «Церама» вывели полетные данные, Анри по силе выхлопа оценил импульс максимум в десять процентов тяги. Четыре десятых грава! Пилоты что, совсем озверели?! До выхода из-за Юпитера осталась жалкая пара часов!
Похоже, что кавторанг Перри рявкнул на своих нерешительных пилотов, поскольку «Котлин» вдруг увеличил тягу до пятнадцати процентов. Анри оторвал взгляд от консоли и посмотрел на большой экран. Зрелище, транслируемое внешними камерами, завораживало.
С этого расстояния Юпитер занимал весь экран. Они уже не летели рядом с планетой, они летели над ней. Чуть больше пятидесяти тысяч километров – это даже меньше планетарного радиуса, в масштабах гиганта фрегаты почти касались планеты. И на фоне вечного бурления облачных потоков едва заметно скользил серый отблеск Метиды. Маленького спутника, так похожего на прошлогоднюю картофелину.
