– Знаю, я тоже. Это место фактически закрылось почти на две недели.
Всякий раз, когда Роуз видела Джейми, она вспоминала об Эндрю. Эндрю работал в шорной мастерской на конюшне Хэтфилда. Они с Джейми были очень похожи. Эндрю было семнадцать, когда Роуз впервые его увидела. Она показалась ему старше своего возраста из-за роста. Но когда она видела его последний раз, перед тем как уехать из Хэтфилда, то не смогла скрыть потрясение. Как и принцесса, он стал старше. Теперь ему на вид было около тридцати. Он по-прежнему был очень красивым. И тоже, скорее всего, сказал бы: «О, Роуз, ты ни капельки не изменилась». Ей всегда становилось неловко, каждый раз она не знала, что ответить.
Правда была в том, что все изменились, кроме нее. Она задавалась вопросом, каково было бы ее маме вернуться и увидеть, что папа стареет, пока сама она остается прежней. Когда они с отцом виделись в последний раз, Роуз заметила, что у него в бакенбардах появилось еще несколько седых волосков. Но она выкинула эту мысль из головы.
Роуз оседлала Айви и направилась к крытой арене, где ее ждал Питер, учитель верховой езды. Она проделала обычные упражнения, и начался урок прыжков. Роуз услышала, как задние копыта Айви задели перекладину.
– Ты слишком съехала вперед в седле, Роуз. Повисла на шее Айви. Это нехорошо.
Роуз вздохнула. Ей не становилось легче. Мысли определенно витали где-то в другом месте. В конце урока она выехала в центр.
– Немного отвлеклась и подзабыла, – сказал ей Питер. – Но ты все наверстаешь. Не волнуйся.
Роуз подумалось, что сегодня все советуют ей не волноваться. Но как не волноваться? Слишком много близких в опасности. Жить в двух мирах труднее, чем можно себе представить.
– Я чувствую… чувствую… – Розалинда согнулась над лотком с саженцами с увеличительным стеклом, – начало весны. – Она сделала паузу. – Или это ложная весна?
На улице тихо моросил дождик.
– О чем ты говоришь, бабушка? – Роуз подняла голову от рассады, которую привязывала к тонким шестам.
– Приходит сочно-грязная пора.
– Бабушка, «сочно» что? Что это за название? Что к нам приходит?
Розалинда взмахнула руками:
– О, моя дорогая девочка! Ничто к нам не приходит, это просто такое выражение. Идеально подходит для подобных, почти весенних, деньков. Ты никогда не слышала стихотворения о ранней весне?
– Нет, бабушка. Но ведь сейчас только февраль.
– В общем, есть одно стихотворение, лучшее из когда-либо написанных о весне. Оно принадлежит перу очень известного поэта, Е. Э. Каммингса, который умер, не знаю, около семидесяти лет назад.
Почему бабушка помнит имя поэта, который так давно умер, а имя Марисоль, которая живет в ее собственном доме, – нет?
– И ты помнишь это стихотворение?
Бабушка пожала плечами:
– Немного.
– Расскажешь?
Розалинда опустила увеличительное стекло и, закрыв глаза, чинно сложила руки на коленях. Сделала глубокий вдох…
Она внезапно остановилась.
– Ой, забыла. – И вздохнула. – Скажу тебе, Роуз, старость – это не для рохлей.
– Ты не рохля, бабуля.
Возможно, сейчас самое время ее проверить. Роуз подготавливала бабушку на случай, если к их дверям придут сотрудники миграционно-таможенной службы.
– Бабушка, Давай еще раз прорепетируем, что ты скажешь, если сюда придут люди из ICE.
– А-а-а,
Бабушка всегда так говорила, когда они упоминали о миграционной полиции[34].
– Да, конечно. Я имею право хранить молчание о… – Она подняла пустой взгляд. – Еще раз, как ее зовут?
– Марисоль Эстебан, но не произноси ее имени. Просто скажи: «Я имею право хранить молчание, пока не придет мой адвокат».
– Хорошо, так и скажу. Я имею право хранить молчание до тех пор, пока не явится мой адвокат… – Ее глаза бегали, как будто искали имя Сэма Голда. – Томас Кромвель.
Роуз охнула:
– Нет, бабушка, Томас Кромвель был министром сама знаешь кого.
– О, конечно, Генриха, короля Генриха Восьмого. Наш адвокат – Голд, верно?
– Верно, бабушка. Просто помни, что ты можешь просто молчать. Это не преступление.
– Не такое преступление, за которое казнят.
– Нет, бабушка.
– А девочка наверху – твоя подруга Марисоль Эстебан.
Появилась Бетти, чтобы отвести Розалинду наверх.
– Готовы отправиться спать, миссис Э?
– Не совсем. Не могла бы ты отвести меня в библиотеку? Мне нужно разузнать кое-что о лысых стариках.
– Что? – одновременно воскликнули Роуз и Бетти.
Розалинда разразилась смехом:
