– Император – да просияет прожитая им жизнь, – разумеется, мертв, – серьезно ответил Адив. – Каден не вернулся. В отъезде и регент.
– Где он?
– В Раалте. Спешно ведет войско на север.
– В Раалте? – нахмурилась Адер: этого она ожидала менее всего. – Зачем? Против кого?
Адив поджал губы и шагнул вперед, так что острие меча Фултона уткнулось ему в грудь.
– Не будем говорить об этом здесь, госпожа, – произнес он, понизив голос. – За время вашего отсутствия ургулы подошли к нашей северной границе. Ил Торнья выступил им навстречу.
– Это шанс, – тихо заметил Лехав. – Если он не лжет.
Мизран-советник обратил на солдата слепой взгляд:
– Шанс для Аннура погибнуть.
– Я служу не Аннуру. Я служу богине.
– Не так-то легко будет ей служить, когда придут ургулы, – едко заметил Адив. – Они молятся, пуская кровь.
– Пойми, – прошипела Адер, – мне все известно. Все! Я пришла уничтожить регента.
Адив скривился:
– Министерство правды не пожалело трудов, чтобы скрыть этот факт. Аннур сейчас, как никогда, нуждается в единстве – как видимом, так и настоящем.
– Как можно скрыть многотысячную армию, марширующую вдоль канала? – уставилась на советника Адер.
Она через плечо указала на Сынов Пламени, на лес копий, похожих на оголенные летним зноем деревья, будто пораженные ужасной болезнью. Солнце блестело на бронзовых щитах и кирасах, слепило глаза. Адив повернулся вслед ее жесту, словно повязка не мешала ему оценить плотность рядов и острой стали.
– Мы внушили аннурцам, что вы выступили нам на помощь. Что принцесса отправилась в Олон, чтобы примирить трон с церковью Интарры. И вам, как видно, удалось. – Адив умоляюще простер к ней руки. – Вы нужны Аннуру, моя госпожа.
– Оно и видно. – Нира, сплюнув, выдвинула вперед свою лошадь. – Вопрос, сдается мне, нужны ли вы нам?
Обернувшись к старухе, Адив поднял брови над повязкой:
– Кажется, я не имел удовольствия…
– И не надо, – фыркнула Нира. – Во дворце вы принцессы не дождетесь.
– Согласен, – кивнул Фултон.
– Я могу предложить себя в заложники, – сказал Адив. – Как гарантию ее неприкосновенности.
– Жизнь одного расфуфыренного слепого ублюдка против жизни принцессы? – съязвила Нира. – И пророчицы? Это вряд ли.
– Нира… – протянула к ней руку Адер.
– Ты взяла меня в советницы! – рявкнула та. – Я и советую.
– Я еду, – сказала Адер.
– Госпожа! – вскрикнул Фултон.
Адер не стала его слушать:
– Желай мизран-советник моей смерти, он не предложил бы себя в заложники. Я не понимаю, что здесь происходит, но если есть возможность предотвратить войну на аннурских улицах, я ее не упущу. Это мой город и мой народ.
Через плечо Адива она окинула взглядом скопление домов и сараев, огромную стеклянную иглу, рассекающую небо и сияющую неправдоподобным солнечным блеском.
– Это мой дворец. Моя империя.
На окраинах Аннура стояла тишина: испуганные подступающей армией жители забились по домам, зато над центром города висели обычные гул и гомон. Возчики погоняли волов и буйволов, лавочники из дверей и окон расхваливали товар, расталкивали толпу носильщики, сгибаясь чуть не до земли под кипами тканей, корзинами плодов или угля, вязанками еще пахнущих древесным соком дров. В одиночку Адер, пожалуй, не протолкнулась бы, но она была не одна.
К сомкнувшемуся вокруг нее эскорту Адива присоединились Фултон, Нира и ехавший рядом с сестрой Оши. Сам Адив двигался во главе процессии, хлопавшие над ним и за его спиной флаги тоже разгоняли толпу. Лехав с Сынами Пламени держался позади, напоминанием о присутствии войска, намеком на приставленное к горлу мизрана лезвие. К тому времени, как они выехали на дорогу Богов, город уже знал об их появлении. Люди, забыв болтовню и торговлю, глазели на процессию и склоняли головы перед проезжающими. Если на уме у мизран-советника было убийство, он выбрал для него странный способ, и с каждым шагом в глубину города Адер чувствовала себя все уверенней.
А вот Нира никак не могла успокоиться.
– Он лич! – прошипела она, склонившись с седла к самому уху Адер.
– Адив? – изумилась девушка.
Старуха кивнула:
– И сильный. Опасный.
– Отец назначил его мизран-советником, – напомнила, покачав головой, Адер.
– Значит, твой отец назначил советником лича.
Адер уставилась в спину Адиву, перевела взгляд на узел повязки на затылке.
– Откуда ты знаешь?
– Проживи сотню лет, тоже научишься.
Ужасное открытие. Личи – извращенные, уродливые создания. Мысль, что к ним принадлежит и Нира, что она сдерживает в себе ужасное могущество, до сих пор донимала Адер, как острый камешек в ботинке. Она сама упросила старуху стать ее советницей и тем не менее по нескольку раз на дню ловила себя на подозрительных взглядах и гадала, не совершила ли ужасной ошибки, не пригрела ли змею на груди. Правда, зная, кто такая Нира, она могла бы не ужасаться так откровению касательно Адива, однако мысль, что у самой вершины пирамиды власти восседает лич, что он служит кенарангу, что он, и никто другой, был послан за Каденом в Костистые горы… сердце у нее так и колотилось.
«Что уж теперь», – сказала себе Адер, выпрямляясь в седле и напуская на себя невозмутимый, властный вид.
