– Жду подробностей, – тихо прорычала она.
Адив развел руками:
– Твердых доказательств нет, но он скрылся с Островов в прямое нарушение приказа. Ашк-лан к его появлению уже сгорел – как мне доложили, не было сомнений, что это работа ургулов. Но… осталось много свидетельств, что там побывали и кеттрал. В развалинах кто-то обронил клинок дымчатой стали… – Адив покачал головой. – Уверенности, конечно, нет. Никто вашего брата не видел, однако с тех пор он так и не объявился. В борьбе за Нетесаный трон и раньше случались братоубийства.
– Нет! – Кровь бросилась Адер в лицо, пальцы скрючились когтями. – Нет. Отца убил кенаранг. Убил, а меня использовал как орудие для сокрытия убийства. Я знаю, подлый ублюдок! Я все знаю!
Нира тронула ее за плечо, но Адер сбросила морщинистую руку старухи. Она слышала, что кричит, и понимала, словно тихий голос в сознании подсказывал: надо взять себя в руки, от резких обвинений не будет никакого проку. Но возвращение во дворец расшевелило память о смерти отца, о теле в гробнице, и сейчас ей хотелось одного: найти ил Торнью и остальных виновных, порвать им глотки и сбросить трупы в вонючий канал.
Адив ничем не выдал смущения перед ее яростью. Он только покивал и, дотянувшись до середины стола, достал из горлышка узкой зеленой вазы маленький свиток:
– Кенаранг предупреждал, что вы так скажете. И приказал мне передать вам вот это.
Адер взяла свиток – мягкая велень с печатью восходящего солнца – и настороженно развернула.
– Опять ложь? – спросила она, тронув пальцем восковую пломбу.
– Что в нем, мне неизвестно, – покачал головой Адив. – Он только для ваших глаз.
Адер нахмурилась, ногтем сорвала печать и, чувствуя, как загорается в жилах кровь, просмотрела письмо.
Признание когтем рвануло ее за сердце, и на миг Адер задохнулась, ослепла. Одно дело – отцовская записка, но такая жестокая, непреложная истина… Выдохнув раскалившийся в легких воздух, она принудила себя читать дальше.
Ее зашатало. Линии букв и строк на пергаменте колебались перед глазами. Только когда первая капля размыла чернила, Адер поняла, что плачет.
– Госпожа? – шагнул к ней от дверей Фултон. – Что он пишет?
Адер судорожно вздохнула:
– Просит выступать на север.
– Зачем это? – опешила Нира.
