– Меньше надо смотреть голливудские фильмы, – шутливо заметил наставник Чжан.
– Так другие же не показывают, – пожаловался Дигун.
– Ну, одним словом, лисы – это нечто совершенно особенное, – сказал Чжан. – Мы, даосы, сосуществуем с ними уже на протяжении нескольких тысяч лет. Так вот, авторитетно заявляю, что эти существа переворачивают все принятые представления о мире.
– А именно?
– А именно – законы природы на них действуют избирательно. Например, некоторые лисы не подчиняются гравитации. Точнее, не совсем подчиняются. Другие способны становиться невидимыми. Третьи проходят сквозь любые препятствия. О таких мелочах, как чтение и внушение мыслей, я уже не упоминаю.
Мы помолчали. Тут было о чем задуматься.
– Но ведь, насколько я знаю, даосы тоже кое-что могут. И невидимость, и внушение мыслей, и многое другое.
– Кое-что можем, – кивнул старик. – Но то, что мы можем, – это результат нашего учения, чрезвычайно развитого по сравнению с вашей наукой, следствие многолетних тренировок, в которых используются изощренные методы, которые, например, неподготовленного человека могут просто убить. А лисы уже рождаются с этими сверхспособностями. У лис, впрочем, есть своя наука, из которой мы кое-что заимствовали. Но, повторяю, мы много тренируемся, а лисы от рождения наделены чудесным даром. То есть разница между нами такая же, как между человеком, которого выучили хорошо плавать, и рыбой. Рыба рождается в воде, она самой природой предназначена для того, чтобы плавать. А человек должен этому еще научиться. Но и самый лучший пловец не сможет соперничать с рыбой, ему нужны для этого разные технические приспособления.
– И у вас есть эти приспособления? – спросил я.
– Если бы их не было, лисы давно бы с нами расправились, – отвечал даос.
Я почувствовал, как странный трепет охватил меня.
– Что же это за приспособления?
– В основе их всех стоит то, что вы, профаны, называете даосской магией. В самом простом виде – это особые словесные формулы, или заклинания, и предметы, обладающие специфической стихийной силой, то есть амулеты.
– Как это все действует?
– Ну, вот простейший пример. Когда лиса превратилась в Мэй Линь, внешне ее было не отличить от моей дочери. Более того, она усвоила часть сознания Мэй Линь, узнала об ее планах и намерениях, потому она и отправилась сюда. Дигун распознал ее, потому что хорошо знал Мэй Линь, но вид у лисы все равно был такой же, как у моей дочери. И чтобы она не смущала нас этим видом, я произнес заклинание, которое отменило лисьи чары.
– Но, получается, что этот… эта… – я запнулся, мне не хотелось употреблять слово «лиса» или «оборотень» – в общем, эта девушка спасла меня.
– Получается, так, – согласился Чжан.
– Но зачем ей это?
Даосы переглянулись.
– Я не знаю, – честно сказал старый даос. – Может быть, это очередная дьявольская уловка оборотней, может быть, есть на то иные причины. Мы рядом с ними на протяжении многих веков, но до сих пор плохо их понимаем.
– А почему вы оказались рядом с лисами?
Наставник Чжан в задумчивости побарабанил пальцами по столу. Потом подлил себе и остальным чаю – я-то к своему даже не притронулся.
– Десятки, сотни тысяч лет лисы наблюдали за тем, как развивается человек. Они не помогали и не мешали до поры до времени его развитию, но однажды выяснилось, что в человеке есть то, чего не хватает лисам.
– Что же?
– Это то, что вы, христиане, называете бессмертной душой. То, что возвышает человека над животным, вопреки инстинктам и здравому рассудку побуждает делать добро. Душа проявляется в человеке через определенные поступки. Это самоотверженность, самопожертвование, милосердие – в общем, все то, что считается у вас, да и у нас добродетелями. Случайно выяснилось, что лисы могут получить доступ к этой удивительной субстанции и пожрать ее. И для них это – наслаждение, которое ни с чем не сравнится…
Дигун и У Цай слушали рассказ наставника Чжана, склонив головы. Старый даос рассказывал удивительные вещи.
– Лисы сделали людей, а точнее, их души своим фирменным блюдом. Это было похоже на наркотик, а наркоманами стали сами лисы. Они уже не могли обходиться без этой ужасной еды. Впрочем, довольно быстро выяснилось, что душа – субстанция особая, и не всякая душа годится в пищу. Пожирать можно было только души, тронутые тлением, души развращенные, темные, испорченные. Чистая же душа имела иммунитет и не поддавалась лисьей магии. И тогда лисы взялись за растление рода человеческого. В ход пошло все: деньги, жажда власти, тщеславие, зависть, ненависть, обман, сладострастие, гордость и так далее – список можно продолжать долго. После такой обработки душа человека менялась и готова была к употреблению. Стали погибать не только отдельные люди, города и государства, но и целые цивилизации.
– Вроде Атлантиды? – спросил я.
