Однако Дениса ее слова не слишком успокоили. В этот момент Нина принесла Бестужеву пластиковый стакан с водой, и толстяк с благодарностью его принял.
Девушка была напугана и встревожена и переводила взгляд с Дениса на Анаит и обратно.
– Что здесь происходит? – взволнованно спросила она.
– Ничего такого, о чем тебе стоило бы волноваться, милочка, – едва взглянула на нее мадам Анаит. – Сейчас мы проведем один ритуал, но нам пригодится и твоя помощь. Мы заплатили медсестре, чтобы нам никто не мешал… Но ты все же подежурь тут, на этаже, мало ли кто решит сюда заявиться. Свидетели нам не нужны, особенно это касается родителей девчонки. Лучше им не видеть того, что с ней будет происходить. В палату не заходить ни при каких обстоятельствах, это понятно?
– Да, – робко кивнула Нина.
– Вот и славно. Уже почти ночь на дворе, а значит, пора начинать.
Мадам Анаит кивком пригласила Дениса и Ипполита Германовича пройти в палату. Бестужев скрылся за дверью, а Денис задержался рядом с Ниной.
– Ты им доверяешь? – шепотом спросила у него девушка.
– Нисколько. Но, кажется, они и правда могут помочь, – тихо ответил Чернокнижец.
– А мне что делать? Вдруг сюда нагрянут родители Ди, как я смогу их остановить?
– Не думаю, что они придут так поздно. Ты просто покрутись тут в коридоре. И главное, что бы там ни происходило, не входи в палату.
– Почему? – еще сильнее испугалась Нина.
– Эта старуха – истинная черная ведьма, из самых сильных, – шепотом пояснил Денис. – Если тут что-то начнется… Я могу попытаться дать ей отпор. Но ты сразу убегай, чтобы я не переживал за твою безопасность, поняла? Мне будет проще, если я буду знать, что ты в порядке. Пообещай мне!
– Обещаю, – неохотно кивнула Нина. – Но ты тоже не лезь на рожон. У меня, кроме тебя, никого нет, помнишь? Тетушек я в расчет не беру, они нам весьма дальние родственницы. А ты… В общем, береги себя.
– Хорошо, – чуть заметно улыбнулся Денис. – Я постараюсь.
Едва он переступил порог палаты, дверь захлопнулась, оставив перепуганную Нину в больничном коридоре.
Денис взглянул на Диану и обомлел. Вообще, обстановка в палате вдруг напомнила ему сцену из старого фильма «Вий». Ди лежала на койке, выдвинутой в центр комнаты, а вокруг нее на полу фосфоресцировали линии большой замысловатой пентаграммы, по внешнему кругу которой были расставлены шесть длинных черных свечей. Только их пламя сейчас освещало помещение. В ногах Дианы, у спинки кровати, стояло узкое, двухметровое зеркало в черной деревянной раме, и девушка отражалась в нем полностью.
У окна палаты маячил Дмитрий. Помощник мадам Анаит стоял так тихо и неподвижно, что почти сливался с окружающей обстановкой. В руках громилы поблескивал хрустальными гранями один из обскурумов. В темноте было отчетливо видно, как внутри куба периодически вспыхивают багряные всполохи.
– Это один из тех, что мы принесли из Зерцалии? – спросил Денис.
– Именно, – с улыбкой подтвердил Ипполит Германович. – Вы не зря совершили столь опасное путешествие.
– И который это из семи?
– Свет. Именно он подходит для наших целей лучше всего. Мне уже не терпится увидеть его в деле, – восхищенно пробормотал Бестужев.
– Круг силы умеешь удерживать? – осведомилась у Дениса мадам Анаит.
Парень смерил ее настороженным взглядом. Она и правда общалась с ним как ни в чем не бывало. Будто ничего не случилось тем вечером в особняке Бестужева в Белогорах.
– Умею, – кивнул Чернокнижец.
– Отлично! Здесь требуется особенно мощный, я усилила его сразу несколькими охранными заклятиями. Нужно удерживать то, что внутри девчонки. И не дать ему вырваться наружу.
– Внутри нее сидит демон Алакобал, – выпалил Денис. – Я узнал об этом лишь недавно. Может, эта информация вам пригодится? Понадобится немало сил, чтобы изгнать его.
– Как интересно, – подумав, ответила Анаит, но больше ничего не сказала и встала в середине палаты.
– Алакобал? Тот самый? – удивился Ипполит Германович. – Я слышал его имя еще в Белогорах.
– Именно он, – подтвердил Чернокнижец. – Тварь очень сильная, поэтому нам нужно быть крайне осторожными. А где же ваши люди? Туз, Лола?
– О, они тоже где-то здесь, в больнице, – сообщил Бестужев. – Мы оставили их внизу на случай, если кто-то вдруг решит нам помешать.
– А княгиня Щергина больше не объявлялась?
– Я ее так и не видел, – и глазом не моргнул Ипполит Германович.
Денис быстро взглянул на старую ведьму. Мадам Анаит невозмутимо взяла из рук Дмитрия обскурум, коснулась нескольких символов на его блестящих боках, а затем поместила хрустальный куб на пол у подножия зеркала.
– Куб света, – тихо произнесла старуха. – Лишь бы она увидела этот свет и догадалась пойти к нему… Ты любишь эту девчонку, Чернокнижец?
– Люблю, – выдохнул Денис, глядя на Диану.
– Хорошо, – удовлетворенно кивнула старуха. – Думаю, это может оказаться полезным. А теперь подойди ближе.
