Вот так поворот! Он не знал, плакать ему сейчас или смеяться. Многое теперь встало на свои места. Мастер Игрушек вполне мог закрутить всю эту аферу с Ди, чтобы заманить его к себе в ученики. Бестужев, алчущий магических сил, наверняка тоже мечтал заполучить такого ребенка. Это сулило ему весьма хорошие перспективы. Поэтому он и заманил в Клуб Калиостро его родителей, а затем предложил им продать своего первенца. Вот только откуда он мог узнать об этих особенностях юного Чернокнижца?
Ипполит Германович под его пристальным взглядом боязливо попятился спиной к выходу.
– Но довольно! – рявкнул вдруг Алакобал, оборвав ход размышлений Дениса.
Черные свечи одновременно мигнули и погасли, а с ними потухли и алые всполохи в зеркале и меловые линии пентаграммы на полу. Обскурум тоже перестал светиться, лишь красные вспышки продолжали тускло сиять в его сердцевине. Ритуал прекратился, но защитный круг по-прежнему продолжал удерживать демона внутри.
Денис взволнованно взглянул на притихшую мадам Анаит, а она ошарашенно смотрела на него. Диана тяжело рухнула на кровать, будто кто-то обрезал удерживающие ее нити, но тут же скатилась с нее на пол. Одержимая снова кинулась к старухе, но врезалась в магическую преграду и взвыла от ярости.
– Мой обскурум! – испуганно охнул Ипполит Германович, бросаясь к кромке мелового круга. – Он все еще внутри!
– Оставь его! – преградила ему дорогу мадам Анаит. – По крайней мере пока. Переступишь эту черту, нарушишь заклятие, и тварь вырвется на свободу.
– Но мне нужен мой обскурум! – истерически взвизгнул Бестужев. – Верните мне его!
– Получишь его чуть позже! Когда я пойму, что делать дальше.
– Выпустите меня немедленно! – прорычал Алакобал. – Иначе я разобью ваш проклятый куб!
– Нет! – взвыл Ипполит Германович.
– Он не сможет, – с уверенностью заявила мадам Анаит. – Никакая сила в этом мире не способна их уничтожить.
Демон мгновенно схватил обскурум и яростно ударил им об пол. Хрустальный куб уцелел, но Ипполит Бестужев едва сознания не лишился в страхе за свой бесценный артефакт. Алакобал не поверил своим глазам и ударил еще раз и еще с тем же результатом, а затем в ярости отшвырнул хрустальный куб прочь.
Обскурум вылетел за пределы пентаграммы и врезался в стену больничной палаты. Ипполит Германович тут же прыгнул к нему и схватил, бережно прижав к рыхлой груди.
– Свободу! – потребовал демон. – Или вы никогда больше не увидите эту девчонку живой!
– Действуй, старуха! – уже гораздо жестче приказал ведьме Ипполит Германович. – Пора с этим заканчивать! Изгоните его прочь и завершите начатое!
– Но мне это не под силу, – сказала вдруг мадам Анаит.
Бестужев и Чернокнижец ошалело на нее уставились.
– Что вы несете? – вполголоса спросил Ипполит Германович. – Вы окончательно спятили?
– Я сняла удерживающие его защитные печати, и он смог двигаться. Но изгнать его окончательно я теперь не могу. Да никогда этим и не занималась… – не слишком уверенно ответила ведьма. – Он может покинуть ее тело лишь добровольно… Либо я могу уничтожить эту оболочку, и тогда ему поневоле придется отправиться восвояси.
– Нет! – крикнул Денис. – Даже не думайте об этом!
– Поверить не могу. – Ипполит Германович шлепнул себя по лбу. – А я-то считал, что вам нет равных в этих делах.
– Иногда даже я не всесильна, – холодно произнесла мадам Анаит.
Алакобал ехидно рассмеялся, застыв у кромки круга.
– Хорошую же компанию ты себе выбрал, юный Чернокнижец, – пророкотал он, взглянув на Дениса. – Старый дурак, ищущий смерти, и дряхлая старуха, продавшая душу темным богам! Да они оба тебе в подметки не годятся, хотя ты пока не подозреваешь об этом! Ничего, все изменится, когда ты вступишь в полную силу… Хочешь добиться этого в кратчайшие сроки? Тогда сотри пентаграмму, и я с радостью тебе помогу. Как когда-то помог твоей матери…
– Не слушай его, юный маг! – крикнула мадам Анаит. – Он всего лишь чертов демон! Проклятое отродье! Все они готовы наобещать золотые горы, лишь бы добиться своего, но почти никогда не сдерживают обещаний!
– В этом мы с тобой похожи, не так ли, Анаит? – зыркнул в ее сторону Алакобал.
– И что нам теперь делать? – растерянно спросил Денис. – Как изгнать его из Дианы?
– У вас ничего не выйдет, – злобно расхохотался демон, а затем схватил зеркало и швырнул его в Бестужева. Ипполит Германович едва успел отскочить в сторону, и стекло ударилось о стену, у которой он только что стоял, и разлетелось вдребезги. Дмитрий машинально прикрыл лицо рукой, чтобы защититься от летящих осколков.
– Если уничтожение носителя в наши планы не входит, мне нужно кое с кем проконсультироваться, – подумав, ответила Анаит. – Но это может занять некоторое время. Я скоро вернусь… А твоя задача, юный маг, удерживать демона в круге до моего возвращения. И никого сюда не впускать!
– Что? – похолодел Денис. – Вы уходите?!
Он уже и забыл, что клинок его скипетра все еще воткнут в линию внешнего круга пентаграммы, удерживая магическую защиту.
