– Отправь этих забавных послов домой… со словами… что я совсем не собираюсь покупать мир; более того, не подарю мира этим…
– Галлам, царь.
– Галлам, если они немедленно не пришлют всех своих главных военачальников как заложников в знак своих добрых намерений.
Война.
Упал слон.
Керавн командовал своей армией.
– Вот он! Вот – на своем боевом слоне!
– Сейчас галлы рассыпятся!
– Керавн ранен!!!
Со всех сторон летели копья. Пронзительно визжали стрелы. Слон Керавна накрылся ими, как иглами еж. Вдруг он страшно затрубил и сбросил седока. С налитыми кровью глазами, со стекающими по его серому телу струями крови, он поднял голову и продолжал безнадежно трубить.
Раненный Керавн, лежащий под ногами слона, успел увидеть мчащихся к нему галлов…
Раненный слон разъярился и сбросил царя на землю.
Галлы бросились на лежащего Птолемея Керавна и отрубили ему голову.
Упавший слон умер.
Мухи жужжали в великом множестве.
В голову Птолемея воткнули копье.
Подняли вверх… над головами и понесли…
Македоняне бежали…
Две отрубленные головы смотрели друг на друга и размышляли. Молча. Не открывая рта. Они не могли уже говорить. А думать… Кто же такое может знать.
Мой срез выглядит получше. Как-то аккуратнее.
Это он так думает. Я думаю иначе.
Срез коры…
Срез шеи…
Предположим, что принцип наследственной власти имеет безусловное преимущество над выборной системой, и это преимущество –
Если после смерти монарха верховная власть переходит его старшему сыну, и преемственность власти определяется сразу.
Если предусмотрены выборы, то имеется соперничество: противоборствующие партии, заговоры и контрзаговоры; длительная и ожесточенная борьба… и наконец проведено голосование… но всегда сохраняются сомнения в истинности результата, которому упрямо отказываются подчиняться.
Принцип наследственности власти кажется простым, ясным и бесспорным, а выборная система может ввергнуть страну в бесконечные споры и даже в гражданскую войну.
Кажется, логично.
Но… наследственный принцип также не имеет никаких преимуществ.
И неопределенность, и споры, и гражданские войны.
Все логично… и ужасно.
– Вернемся к этому. В самом деле, ничего, с точки зрения египтян, ужасного.
– А с точки зрения Птолемеев?
– Им понравились обе идеи.
– Обе?
– Да, конечно.
– Но они же на самом деле македоняне.
– Кто же сегодня в Египте им это скажет? И им нравится.
– Считать себя живыми богами, браки между братом и сестрой…
– А разве нет? И по мнению Арсинои его предложение не предлагало ничего безнравственного. Но эта искушенная в интригах женщина не боялась супружеских отношений с братом. Это ее не смущало. Боялась ли она другого? чего?..
– Для своих сыновей она решалась на все.
– На самом деле. При этом, не останавливаясь перед самыми разными преступлениями. Но вот, вступление в брак и супруг, который может захотеть отнять у ее сыновей последнюю надежду на царство отца. Птолемей передал ей, что будет править царством с ее сыновьями.
– Конечно, он боролся против них не для того, чтобы отнять у них царство, а для того, чтобы вернуть его им.
– Да, безусловно. И он просит ее прислать к нему кого-то из преданных людей, которому он подтвердит это самой священной клятвой. Царица долго колебалась, но решилась наконец принять его предложение. Царь поклялся в храме в присутствии посла сестры, что он просит руки царицы, что он не вступит ни в какой другой брак и не будет иметь никаких других детей, кроме ее.
– И…
– Царица приезжает; Птолемей принимает ее с изысканной вежливостью, празднуется торжественная свадьба, и на общем собрании он возлагает на нее диадему и приказывает возвестить, что отныне она царица Македонии. После этого уже она приглашает его в Кассандрию.
Чистейшие воды Эгейского моря омывают побережья полуострова. Изумительное побережье. Взор радуют прекрасные бухты и изумрудные холмы. Насыщенная их зелень плавно спускается и переходит в песчаный берег.
Чарующие ароматы тимьяна и хвойных деревьев овевают дурманом.
Храм Зевса. Строгие линии дорического здания, построенного… ранее… производят неизгладимое впечатление. И святилище Диониса. Дионис – покровитель виноделия. Его спутницы – прекрасные нимфы, в пещеру которых ведет лестница в скале.
Все готово: храмы и улицы украшены, приносятся жертвы; ее сыновья Филипп и Лисимах, в венках и праздничных нарядах, встречают царя; он обнимает и целует их; приблизившись ко дворцу, он приказывает своим телохранителям захватить ворота, двор, другие выходы, а ее сыновей убить; они бросаются во дворец; но убийцы уже там. Убивают при матери.
– Но ей удалось бежать. Как это?