Один самолет зашел на боевой курс, и из-под его крыльев отделились черные точки и со свистом полетели вниз на лес. Среди деревьев взметнулись черные разрывы, в воздух взлетали обломки деревьев, грязная болотная жижа и черная земля. Второй самолет встал на боевой курс, но тут из-за туч вдруг вылетела пара истребителей. Буторин не верил своим глазам – серебристые тупоносые машины с красными звездами на бортах атаковали немецкие бомбардировщики с разворота без всякой подготовки. Гулко заработали пушки советских «лавочкиных». Немцы сразу попытались выйти из-под огня истребителей и потянули вверх. Но один из бомбардировщиков стал заметно терять высоту.
– Ура! – взорвалось поле возле леса громкими восторженными криками.
Никто из словаков раньше и не видел воздушных боев, тем более не видел, как советские истребители били врага в небе над их родиной. Откуда они взялись, как сюда попали, можно было только догадываться. Хотя Буторин подозревал, что всемогущий мудрый Платов предвидел и этот вариант развития событий. И его звонка ждали в каком-то истребительном полку по ту сторону Карпат, или это были просто «охотники». Но важно, что координаты получены и летчики четко вышли на цель и в самый последний момент сорвали бомбардировку цели. «Лавочкины» не стали гоняться за подбитым самолетом, который медленно летел к земле. Они снизу зашли под фюзеляж крайнего «юнкерса» и просто распороли его пушками. Сначала отстрелялся ведущий, а потом, проходя под самолет, его добил и ведомый. «Юнкерс» перевернулся в воздухе, задымил, от него отлетело в сторону крыло, а потом он взорвался. От вспышки из облака густого дыма вылетели обломки, и вся эта груда металла, которая недавно была самолетом, полетела вниз.
Третий «юнкерс» попытался уйти, спикировав к земле, чтобы набрать скорость и, прижимаясь к лесу, скрыться. Пара советских истребителей развернулась чуть ли не на пятачке и просто прошла над немецким самолетом. Снова две очереди из пушек, и немецкий самолет задымил, загорелся его левый двигатель, и он косо рухнул в лес в нескольких километрах от Прешова. Буторину показалось, или летчики и правда, проходя над ним, качнули крыльями, посылая приветствие. Наверное, показалось, ведь пилотам и невдомек, что они сделали, что это был за бой и какую цель они спасали. И уж тем более не могли они предполагать, что внизу на них смотрят и машут им советские разведчики. «Лавочкины» ушли под облака и понеслись на юго-восток догонять остальные бомбардировщики.
– Вот это да! – восхитился Максимилиан. – Вот это я понимаю! Всыпали нацистам! Слушай, Виктор, я теперь буду всем рассказывать, что советские летчики самые лучшие в мире. И советские самолеты тоже. Это же невероятно, что тут произошло!
– Хорошо, расскажешь, – улыбнулся Буторин. – А пока принимай командование, а мы в лес. Надо посмотреть, может, какая бомба все же попала в цель.
Буторин с тремя подпольщиками побежали в сторону гатей. Удостовериться необходимо. Очень сомнительно, что с первого захода, первыми тремя бомбами самолеты попадут в цель, но все же надо убедиться лично, что самолет цел. Они бежали, перепрыгивая через тела убитых немцев, огибая кусты. Вот и приметная тропа, которую расчистили еще в прошлый раз. Пока еще под ногами сухая почва, но трава здесь значительно гуще. Вода близко.
Резко запахло гарью, и сразу стали попадаться под ногами комья рыхлой землю, ветки деревьев и осколки стволов. Потом подпольщики увидели первую воронку от бомбы. Она еще дымилась, но уже начала заполняться просачивающейся через грунт водой. Вторая бомба метров через пятьдесят задела наложенные гати, и часть жердей и тонких бревен разбросало по сторонам. Но пара бревен осталась на месте, и Буторин со словаками перебежали по ним, едва не слетев в болотную жижу.
Потом пришлось идти медленно. Гати кончались и прогибались под ногами. Часть бревен начала разъезжаться. Но хвост самолета был уже виден. Буторин облегченно вздохнул. Наконец они остановились метрах в двадцати от самолета. Дальше гатей еще не было, хотя часть бревен немцы уже заготовили и сложили поблизости. Целый стоит и невредимый. Может, только чуть глубже ушел в воду. Хотя, может, это только так кажется. Еще две бомбы упали далеко отсюда. Ну что же, снова есть что защищать и за что сражаться. Приказ еще не выполнен, но мы будем делать свое дело.
Машина тряслась и подпрыгивала на ухабах, и приходилось держаться за край борта, чтобы тебя не кидало по деревянному и не очень чистому полу. Подпольщики во главе с Оскаром Бицеком тоже прыгали на кочках и тоже держались за края бортов, весело скаля зубы. Коган снова повернул голову и прислушался. Стрельба была хорошо слышна, и доносилась она как раз со стороны болота. Расстояние около десяти километров, но такой бой слышен отлично. Коган толкнул локтем Бицека:
– Ты слышишь? Это же там, это же на болоте, да?
– Слышу, Борис, но ты не должен волноваться. Мои ребята предупреждены, и сейчас туда стягиваются все мои резервы. Если на то пойдет, то с боем выбьем немцев с болота и не дадим вытащить самолет.
