В. П. Глушко оказался в «шарашке». После освобождения Глушко стал действительным членом Академии Наук СССР (в 1953 г.), дважды Героем социалистического труда (в 1956 и 1961 гг.), лауреатом Ленинской и государственной премий. Долгое время он был главным конструктором и генеральным директором НПО «Энергия». Глушко закончил свой жизненный путь в январе 1998 г. в возрасте восьмидесяти лет. Его последним достижением является создание ракетно-космического комплекса «Энергия» — «Буран».
Как это, к сожалению, нередко случается, после ухода из жизни Глушко стал объектом клеветнических нападок. Его обвинили в разных грехах, но особенно обидными и несправедливыми были намеки на то, что он, якобы, задержал развитие советской космонавтики, неприемля использование в ракетах водородного топлива. Чтобы понять лживость этого обвинения, достаточно заглянуть в его книгу «Жидкое топливо для реактивных аппаратов», изданную Военно-воздушной академией им. Н. Е. Жуковского еще в 1936 г.
Вот что говорится в ней: «В настоящее время у нас в Союзе имеется возможность проводить исследовательскую работу с реактивными двигателями на этом горючем (жидком водороде, — В. С.). Однако место испытаний двигателей и ракет на жидком водороде связано с местом производства этого горючего вследствие трудности его длительного хранения и транспортировки».
В ту пору жидкий водород получали в Украинском ФТИ. В час удавалось произвести всего 12 литров.
Глушко писал: «Жидкий водород, как горючее, ценен во многих отношениях. Помимо высокой теплопроизводительности в смеси с кислородом он развивает температуру горения, лучшую по сравнению со всеми прочими известными горючими… Газообразование при горении водорода — наибольшее и составляет 1240 литров на 1 килограмм смеси…»
Таким образом, более полувека назад Глушко (по-существу, первым) оценил достоинства жидкого водорода как ракетного горючего. Что же заставило его не торопиться с применением этого топлива в разрабатываемых им ракетах?
«Удельный вес жидкого водорода 0,07 настолько мал, что у некоторых работников реактивного дела, естественно, возникло сомнение в практической целесообразности использования водорода, как горючего… Чрезмерно легкое топливо требует для своего хранения баки значительного объема, а следовательно, и веса. Вся система трубопроводов, арматуры, насосов и сам реактивный двигатель также должны быть увеличены в размерах, а следовательно, и в весе. Увеличение объема топливных баков реактивного аппарата, кроме увеличения веса, повлечет за собой чрезмерное удлинение аппарата».
Далее Глушко делает действительно ошибочный вывод, что «жидкий водород, как горючее, будущего не имеет». За это и ухватились его противники. Но, как говорится, критерий истины есть практика. А она блестяще доказала, что негативный вывод Глушко, справедливый для разрабатываемых в ту пору и позднее последовательных сочленений ракетных ступеней, утратил это свойство при переходе к параллельному, пакетному сочленению ступеней. И Глушко решительно отказывается от старой ошибки, смело применяя водородное топливо в ракете «Энергия». Каждый из четырех боковых блоков первой ступени содержит четырехкамерный двигатель РД-170, работающий на традиционном кислородно-керосиновом топливе и развивающий тягу 806 Т. А центральный блок (второй ступени) состоит из четырех однокамерные двигателей, питаемых смесью жидких водорода и кислорода и развивающих тягу в пустоте (каждый) 200 Т. Максимальная суммарная мощь всей двигательной установки ракеты «Энергия» достигает 170 млн л. с., т. е. более чем в восемь раз превосходит эту характеристику ракеты «Восток». Неправота оппонентов Глушко очевидна. Мой рассказ о делах и людях ГДЛ подходит к концу, а память вновь и вновь возвращается к тем далеким дням…
