— Знаю! Старик рассказал нам, — остановила её возражения мать. — Князю был нужен только ларец! Попав в Зеяжск, ты стала пленницей! Чтобы запугать и вынудить открыть ларец, он отдал тебя во власть змея! Не представляю, как ты вынесла, сколько страха натерпелась. Благо, что дитя родится человеком…
— И тогда отец согласился вступить в сговор против Зеяжска… — горько завершила за мать молодая княгиня.
— Это не сговор! Это освободительная война! Народ Зеяжска будет благодарен нам за избавление от чудовища!
— Да неужели! — Огнеслава усмехнулась сквозь слезы. — И что же владыка юга пообещал вам за участие в освобождении народа Зеяжска? Серебро? Золото?
— Отец согласился только, чтобы тебя вызволить! — ответ матери явно был неполным, это видно было и по тому, как она нервно сжимает пальцы и отводит взгляд.
— Да? А знаешь ли ты, что владыка юга желает пленить меня и забрать в свой дворец?
— Этого не произойдет! Колдун сказал, что обманет его и поможет нам. Он спрячет тебя, пока всё не уляжется. Царю Сакета не нужен Зеяжск, он обещал отдать его любому, кто проявит свою покорность перед югом и, при этом, будет принят народом Зеяжска, как князь.
— Постой! — сорвавшимся голосом остановила Огнеслава. — А мой сын?
Ей не хотелось верить, но плата за участие в походе, на которую польстился отец, становилась всё очевиднее, с каждым словом.
— Это наш внук! Мы вырастим и воспитаем его наилучшим образом. Тебе не нужно переживать об этом! — попыталась обнять её мать. — Всё будет хорошо. Милая, ты сейчас должна думать только о себе. Уж не знаю, что это за ведьма, которая обернулась тобой, но она настоящее благословение богов! Когда объединённое воинство обрушится на Зеяжск, ты и наследник будете в безопасности.
Слово «наследник» убедило Огнеславу в её догадках. Отвернувшись, она отошла в сторону.
— Наследник! — повторила она и равнодушным тоном продолжила. — Правильно. Отсидимся в лесах, а когда Зеяжск падет, присягнем на верность владыке юга и явим людям законного наследника. Но только отцу придется стать опекуном при нем, ведь мне нужно скрываться от глаз царя, а мой сын будет слишком мал, чтобы править самостоятельно.
— Наконец-то я слышу здравые речи! Ты повзрослела, доченька, — похвалила мать. — Владыка юга уже немолод, не думаю, что его страсть продлится долго. Год, другой и он забудет о ней! Тогда ты сможешь вернуться к привычной жизни.
— И вас не печалит, что я потеряю супруга и останусь вдовой до конца своих дней? — Огнеслава посмотрела сквозь блестевшие в глазах слезы.
— Почему же до конца своих дней? Ты ещё очень молода и хороша собой, найдется немало желающих взять тебя в жены. Будучи матерью правителя Зеяжска, ты сможешь выбрать любого мужа, который понравится, — шагнула к ней княгиня и тут же отступила назад под, сверкнувшим гневом, взглядом.
— А мне не нужен любой! Я хочу своего! — голос звучал тихо, но жестко и бескомпромиссно. — Да как вы вообще решились на такое? Вы меня спросили?
Лицо матери переменилось, из внимательного и заботливого, стало замкнутым и отрешенным.
— Старик предупреждал, что ты одурманена колдовством. Змей наложил заклятье, приворожив тебя к князю, чтобы сделать послушной, — заявила она. — Не думала, что магия так сильна! Ты потеряла способность видеть реальность такой, какая она есть, страдаешь из-за того, кого должна ненавидеть!
Огнеслава закрыла глаза, понимая, что Велимир хорошо постарался, родители теперь не воспримут её слова всерьез.
— Я была против, чтобы сообщать колдуну о твоем появлении, но вижу, что без его помощи не обойтись! — продолжали литься, обжигающие безысходностью слова. — Не обижайся, дитя моё, но пока старец не явится, чтобы снять заклятье, тебе придется посидеть под замком. Это для твоего же блага!
Едва справляясь с нахлынувшими чувствами, мать вышла вон из светлицы. Зазвенели засовы и щелкнули замки.
Сознание возвращалось к реальности. Он еще полностью не ощутил собственное тело, но чувствовал, как силы прибывают с каждым вздохом. В этот раз память хранила события полностью. Змей показал ему всё, видение за видением. Властный и торжествующий взгляд змеи, кинжал, вонзившийся в спину брата, ужас в глазах жены, её разговор с матерью…
Разум отказывался просыпаться и принимать действительность, но сон таял неотвратимо. Змей перенес Огнеславу в отчий дом, это к лучшему. Как бы родня супруги не проклинала его род, чтобы не замышляла, сейчас это самое безопасное место. Белый сокол, пожалуй, единственный, у кого достаточно сил, чтобы защитить её и сына, неважно из каких побуждений. Змея едва не убила их. Убила, если бы не Аскольд…
Сердце пронзила боль, а из-под закрытых век скатилась одинокая слеза. Оставив влажный след, она заставила тело быстрее пробудиться. Мог ли он предотвратить случившееся? Не совершил ли ошибку, позволив змею взять власть? Он положился на чужую силу, а теперь должен лишь принять результат. Возможно, останься в сознании, выстоял бы или смог заслонить брата своим телом… Он даже не попробовал! Не попытался!
