Она сжала ткань в кулачке и та намокла сама собой. Расстегнув несколько пуговиц, скользнула рукой под одежду. Горан почувствовал, как влажная поверхность касается того места, где недавно было ранение. Подняв платочек к его глазам, она продемонстрировала следы запекшейся крови.
— Это твоя кровь, господин! — прошептала она. — Как же так?
— Отмени приказ, — глаза смотрели холодно, а ладони сжались.
— Нет, — покачала головой змея. — До вечера уладишь все дела, а на закате отправляйся к Огнеславе.
Горан отвернулся. Не произнеся ни звука, он направился к выходу.
— Едва твои глаз увидят её, убей! — напомнила змея. — Утром жду обратно.
Князь не ответил. Дверь хлопнула с такой силой, что казалось, стены задрожали. Стоило ему уйти, рядом с княгиней появилась Беляна Мстиславовна. Войдя она осторожно огляделась.
— Теней нет, — ответила на немой вопрос хозяйка.
— Проследить за господином? — негромко спросила боярышня.
— Не нужно. Сама всё увижу, — показав кровь на платке, ответила змея.
— Вам нужно было просто приказать убить её, зачем эти слова про «увидеть». Будто нельзя завязать глаза или что-то еще придумать.
Княгиня улыбнулась.
— Сколько раз он сражался с лучшими из твоих братьев. Они гораздо быстрее любого из смертных. И ни разу, ни царапины, ни ссадины. А тут удар ножом пропустил!
— Он сделал это специально?
— Пусть получит то, чего желает, — кивнула змеедева. — Мне достаточно будет узнать где и как её спрятали.
Сойдя с корабля, Огнеслава взглянула вверх, на крыши главной цитадели. Флаг с изображением стального змея гордо реял над неприступными башнями. Краснозерск с глубокой старины, прежде всего, был надежной крепостью, а уж потом местом особо почитаемых святилищ.
Когда-то давно, пока князья Зеяжска не присоединили эти земли, предки княгини Вереи правили здесь, как государи. Они возвели могучие крепостные стены в надежде сохранить свою власть и независимость, однако не сумели их удержать. Тем не менее, родной город матери нынешнего князя всё также имел немалое влияние и право на собственное войско. Насколько Огнеслава помнила, Верея была единственной наследницей, что когда-то сделало её сначала невестой, а потом и супругой князя Буеслава. Ступая по камням мостовой, молодая княгиня в полной мере осознавала, что находится теперь не просто на территории свекрови, она явилась туда, где та полноправная хозяйка во всех отношениях.
Златогост поджидал у повозки, как обычно. Оказавшись возле открытой дверцы, боярыня обернулась к сестре:
— Садись. Я сейчас.
Пока Огнеслава усаживалась, укладывая сына на коленях, Зоряница, набравшись смелости, подняла взгляд к хмурому лицу мужа. Он возвышался словно могучий дуб средь тоненького подроста, только пальцы крепче обычного сжимали посох. Поутру она случайно услышала, будто всю ночь спиной мучился, а по виду и не скажешь.
— Поезжайте с нами, пожалуйста, — обратилась ласковым голосом.
— Не беспокойтесь, голубушка, мне на коне сподручнее, — отвернулся, делая вид, что следит за окружением.
— Отказываете мне в просьбе? — подавив волнение, взялась за его руку Зоряница и тут же поймала удивленный взгляд.
— Вы этого хотите?
— Настаиваю, — упорно не отводя глаз, кивнула боярыня.
Подав знак забрать лошадь, Златогост предложил ей сесть первой, а после забрался в повозку сам. Огнеслава постаралась вести себя так, словно ничего необычного не происходило. Но поглядывая на робеющую сестру, которая явно злилась сама на себя, пыталась угадать, что та задумала. Тронулись.
— Вы по-прежнему намерены скрываться? В нынешних условиях нас пропустят только за городские стены не дальше. По слухам, княгиня Верея никого не принимает, — произнес боярин. — Не проще ли сразу открыться?
— Чем меньше людей знает обо мне, тем лучше, — ответила Огнеслава. — Даже здесь могут быть соглядатаи.
— Мы едем на удачу?
— Нет. Я уже отправила вестника к свекрови, — думая о поручении, что дала Горлице ещё на корабле, призналась молодая княгиня. — Если я нашла нужные слова, то боярина Златогоста с супругой она примет обязательно.
Главные ворота города миновали без остановок, а вот проезд под башней на княжий двор преградила массивная решетка. «Ждите» — покашливая в окладистую бороду, проворчал начальник караула. Воины княгини Вереи оттеснили охрану боярина и выстроились вокруг, давая понять, пути назад нет.
Златогост нахмурился. Зоряница нервно теребила платок. Огнеслава глубоко вздохнула и опустила веки. «…Придет тот день, когда ты приползешь ко мне на коленях с мольбой о помощи…» — повторял тихий голос в её голове. Свекровь совершенно точно получила послание, она не может не знать. Значит, это наказание. Что же, она выдержит его с достоинством.
Прошло не менее часа, прежде чем появился посланец от княгини-матери.
— Государыня примет вас, но только идти пешком придется, — горделиво передал он повеление хозяйки.
— Глумиться надумал? — угроза зазвенела в голосе боярина.
— Никак нет! — испуганно склонился посланец. — Это приказ моей государыни, Вереи Богумиловны.
