– Так я его с таких лет знал! Он с моей Катькой в школе учился.
– Я сегодня с его матерью разговаривал, – продолжал врать Антон. – Говорит, каждую неделю наведывается.
– Полину видел? – встрял в разговор самый неразговорчивый, Матвей Егорович. – Да он о ней и не печется.
– Во-во, – вновь перехватил инициативу Степаныч, – ты уж не обижайся, но никудышный он сын, хоть и при деньгах.
– Почему? – откровенно удивился Антон.
– Мишка больше к своей шалаве Алке сюда мотается, бесстыдник. К матери на полчаса заскочит и сразу к этой бляди. Куда только ее мужик смотрит? Даже охрану здесь оставляет, они до утра в машине маются.
– Что за Алка? – догадавшись, что нашел то, что искал, переспросил Антон…
Наступила теплая ночь. Утонувший в свете рекламных огней, город вздыхал шумом шуршавших по асфальту колес автомобилей. Если в центре еще кипела жизнь, лилась музыка, бродили толпы народу, то окраины уже утонули в сновидениях. В свете редких здесь фонарей лишь изредка мелькали фигурки запоздалых пешеходов, да тоскливо перелаивались на пустырях бродячие собаки.
Из подъехавшего к панельной пятиэтажке джипа вышел человек. С минуту он стоял, задрав голову к двум светящимся на третьем этаже окнам, пока в них не появилась женская фигура. Слегка отведя рукой тюлевую занавеску, она махнула ему рукой. Одновременно оставшемуся сидеть в машине водителю показалось, что в окне, на лестничной клетке между вторым и первым этажами, что-то мелькнуло, однако, не придав этому значения, он принялся опускать спинку сиденья. Между тем, воровато озираясь, мужчина вошел в темный подъезд. Неуверенно ступая, он поднялся на первую площадку и остановился. Что-то его насторожило. Протянув вперед руку, он вдруг наткнулся на человека. В то же мгновение резкая боль в низу живота парализовала не только тело, но и дыхание. Не издав ни единого звука, он стал медленно оседать на пол. За отворот пиджака проворно скользнула чья-то рука, вырвав пистолет из кобуры под мышкой…
Подхватив Найдина под руку, одновременно уткнув ему в бок его же пистолет, Антон вывел неудачливого любовника на улицу.
– Иди к машине, и без глупостей, – прошипел он ему на ухо. – И предупреди водителя, чтобы не дергался.
Найдин закивал…
– Выезжай на дорогу и сразу направо, – скомандовал Антон сидевшему за рулем парню, усевшись на заднее сиденье.
Покосившись в зеркало заднего вида на своего шефа, водитель подчинился. Через несколько кварталов они свернули на пустырь, который Филиппов облюбовал заранее. Не дожидаясь, когда машина остановится, Антон в упор выстрелил сначала в затылок водителю, затем, уткнув ствол пистолета в висок Найдину, убил и его. Выйдя из машины, огляделся. Все было по-прежнему тихо. Вряд ли кого-нибудь потянет среди ночи на заваленный хламом и заросший кустарником пустырь, а до ближайших домов было достаточно расстояния, чтобы не услышать выстрелов.
Достав из внутреннего кармана пиджака Найдина портмоне, он вынул оттуда две фотографии жены. Порвав их напополам, вставил в рот водителя.
Пистолет, разжав пальцы, вложил в руку Найдина. Немного поколебавшись, взял кейс, стоящий на переднем сиденье.
«Все, – облегченно подумал он, садясь в стоящую неподалеку "девятку" и снимая с рук резиновые перчатки. – Пусть теперь криминалисты ломают голову над мотивами».
Тахтамиров сделал несколько глотков пива и, зажмурившись от удовольствия, запрокинул голову назад. В бездонной голубизне неба носились чайки. С минуту понаблюдав за ними, он перевернулся на живот, подставив солнцу покрытую веснушками спину, и толкнул в бок Вику:
– Пойдем уединимся.
Капризно наморщив носик, торчащий из-под накинутого на лицо полотенца, она хмыкнула:
– Ну сколько можно, дорвался до бесплатного. Говорю же, натер там уже все. Что ночью будешь делать?
– А он резиновую с собой возьмет, – хихикнула лежащая рядом блондинка в малиновом бикини.
– Поговори мне еще, – беззлобно бросил ей Валерий. Поднявшись и отряхнув с себя песок, посмотрел в сторону озера.
Народу было еще немного. День только вступал в свою силу, но через каких-нибудь полтора часа на пляже некуда будет яблоку упасть.
Сегодняшний день он решил посвятить отдыху от всех дел. Соврав жене, что поехал на самые дальние объекты, предупредив только Дарьина, который остался ждать известий от Филиппова, он взял двух своих сотрудниц и рванул на озера.
Вика и Тамара занимались компьютерным дизайном. По совместительству и также не задаром периодически снимали половое напряжение одна с шефа, вторая – с его главного телохранителя.
Валерий развернулся в сторону дороги и сразу увидел машину своего начальника охраны. Припарковавшись рядом с «Вольво» директора, Палыч спустился к озеру.
– Вижу по лицу, что период дурных вестей у нас прошел, – осторожно заметил Валерий, заглядывая в глаза Дарьину.
– Ты прав. Наш вундеркинд вновь отличился. Его творческим порывам можно позавидовать.
– Не томи. – Отойдя немного в сторону от девушек, Тахтамиров с нетерпением уставился на Палыча.
Тот вынул из кармана брюк сложенный вдвое листок, тряхнул его, разворачивая, и начал читать:
