Я тихо, по стеночке начала удаляться от разбитной компании, ноги меня совершенно не слушались, когда дошла до своей каморки прислонилась спиной и затылком к заблокированной двери, из глаз выкатились две маленькие слезинки, я глубоко выдохнула через рот, фу-у-ух пронесло, а было чертовски близко! Но сколько еще я смогу ходить по грани, перед тем как рухну?
В следующий раз выскочить из комнаты меня заставил душераздирающий женский крик. После пережитого стресса, измученный мозг дал команду организму turn it off[26] и, несмотря на шум, я прикорнула на своей койке. Поэтому когда проснулась, долго не могла понять, где я и что тут вообще происходит, потом я услышала это…
Женский крик на грани воя и всхлипы — просьбы остановиться, заставили меня подскочить и бежать, еще до того как я сообразила что к чему. Когда выскочила из своей комнаты, сама едва не заорала от развернувшейся передо мной картины. На том самом столе, за которым они совсем недавно пили, они толпой насиловали еле сопротивляющуюся им девушку-землянку. Я стояла за их спинами и видела как тот, который еще недавно мне приказывал остановиться, работал голым задом как поршнем в районе разведенных на силу бедер. Широко разведенные в разные стороны ноги были в многочисленных кровавых разводах, гематомах и царапинах.
Садист в это время пихал свой член глубоко в глотку несчастной, от чего она едва дышала, ее растрепанные волосы он намотал на свой кулак. С-с-сволочь, чуть не выдергивая их при каждом рывке. Двое других фиксировали ее руки, чтобы не сопротивлялась, и приспустив штаны дрочили, смотря на все это.
А последний стоял и спокойно смотрел на ее агонию.
— Достала меня, уже полгода тарабаню, без толку! — размышлял этот членистоногий вспух — На кой энн мне пара с софлэй, которая зачать, и то не может?! Моя бесится уже, не хочет ее в постель брать! Может хоть так послужит, расслабиться, а мужики?
И снова этот чертов гогот, я его теперь во всех кошмарах буду слышать.
Увлеченные действом они совершенно не замечали ничего вокруг.
Меня чуть не стошнило от отвращения и страха. Я зажала рот рукой, и заскочила в свою каморку, у меня началась тихая истерика. Я не знала что делать, и куда бежать, чтобы помочь. И чем я могу помочь, я тоже не знала. Мысли в ужасе разбегались в разные стороны, не давая сосредоточиться.
Кувалдой по голове били ужасающие мысли «Ты могла быть на ее месте, ты должна была быть на ее месте, в следующий раз ты будешь на ее месте…»
Пока ты тут расклеиваешься, они там медленно убивают девушку, твою подругу по несчастью. Девушку, которая возможно, не так давно проходила мимо твоего дома, которая выгуливала свою собаку в сквере, рядом с твоим домом и ходила в школу по соседству.
Не вынеся более этих мыслей, я тихо выскользнула из каюты и побежала, я не разбирая дороги, мои глаза ничего не видели от слез. Мысли сумбурным хороводом крутились в голове. Куда бежать, кто поможет? Узнают, поймают и отымеют так же, как эту несчастную! Что делать? ЧТО мне дела-а-а-ать?
Сзади все же кто-то меня поймал, мне зажали рот рукой и оттащили в угол. От испуга я сперва растерялась, решив, что это кто-то из насильников, увидел и побежал за мной. Пелена ужаса слегка ослабла, я вышла из состояния паралича, и стала брыкаться, что есть сил.
— Юля, Юля, спокойнее, это я Юра! Помнишь меня? Я кричал тебя, но ты неслась как полоумная! Юля… Юль, слышишь меня? Что случилось? Тебя обидели?
Когда его слова пробились в мой мозг В голове немного прояснилось. Юра точно, вгляделась в лицо молодого мужчины. Мы познакомились с ним совсем недавно, когда я в очередной раз возвращалась с мед уровня, в лифте по пути обратно мы и познакомились, он проводил меня до моей каюты тогда. Да на этом уровне мне впервые повстречался мужчина софлэй, он состоял в паре с эррианкой. Из его рассказа я поняла только то, что Юра был одним из невезучих, потому что, у эррианки срезонировавшей на него был муж, а он был вторым, непонятно кем. В подробности я не вдавалась, да он и не особо горел желанием в них меня посвящать. У каждого из нас были свои страшные скелеты в шкафу.
Мои зубы стучали, не попадая друг на друга, из глаз ручьями продолжали бежать слезы, из носа текло. Юра, мужчина, может помочь — просчитал простейшую логическую задачу мозг.
— Т-там… — голос совсем осип, и я прокашлялась, прежде чем предпринять новую попытку.
— Т-там, д-девушку насилуют! На-нашу!
Немного успокоившись, сбивчиво и вкратце рассказала ему о том, чему стала свидетелем.
— Юр, ч-что нам делать? Куда бежать? Они ее убить могут, их пятеро, на одну! Она кричала, сопротивлялась! Я не з-знала как ей помочь. Понимаешь? Я стояла и смотрела как эти с-скоты насилуют ее, а я не знала что мне делать! — из глаз снова начали капать слезы.
— Они ее сейчас убивают в этой долбаной каюте, я там теперь даже находиться не смогу… Так страшно! А хуже всего, что там был ее партнер, он сам ее им отдал! Как кость бросил! И смотрел, как они над ней измываются, еще и подбадривал, гад! — я посмотрела прямо в его глаза. — Юр, нам надо ей помочь, некому кроме нас!
