Марцель в первый раз видел человека, который на полном серьезе, считал, что когда-нибудь наступит мир во всем мире и более того, строил планы, как достичь такого исхода. С учетом способностей стратега это немного пугало и завораживало. Герхард побаивался красивых женщин за сорок, до сих пор был слегка влюблен в Даниэлу, мечтал уехать в столицу и сделать политическую карьеру, а еще…
Еще он обожал своих племянников, брата и сестру, Клааса и Наоми. «Ну ни хрена себе!» Мартель зажмурился, пытаясь удержаться в сознании и не упасть в обморок. «Шелтон, а ты знал, что Ноа — это не Наоми, а они оба? Ну, Клаас и Наоми одновременно.
И он, в смысле Герхард, знал, что они работали на Блау и что пришлют именно нас. Ну, то есть не нас, а телепата и кого-то там еще. Ноа ждал, когда приедет телепат.
Нет.
Зачем он ждал, а? То есть, они… — Вот у них и спросим сейчас. Шилтон протянул Марцель руку. — Сливай мне воспоминания. Ты ведь сейчас увидел, куда ходил Герхард? — Увидел, — прохрепел Марцель, обеими ладонями обхватывая руку напарника. — Еду относить своим милым племяшкам. И лекарства. Они простудились. Кстати, ты откуда узнал?
Говорю же, птичка напела. Шелтон принял чужие воспоминания, даже в лице не изменившись. — Птица есть на логотипе штат-банка, а у Герхарда счет именно там. — Теперь понимаешь? — Нет. Убит осознался Марцель. — Я взломал его личный кабинет, и уведомления о снятии денег со счета приходили не только Герхарду, но и мне. Шелтон нахмурился, видимо пытался усвоить полученную информацию, не отвлекаясь от разговора.
За продуктами в доме Штернбергов-Веберов обычно ездит Эва на своей машине, изредка в сопровождении Агана. Но весь последний месяц Герхард почему-то совершал крупные покупки в том же супермаркете, расплачиваясь карточкой. Так понятнее? — Не совсем, — вздохнул Марцель и только сейчас обратил внимание на то, как дышит Герхард. Мелко, неровно.
Эй, ты что, тебе плохо? — У Герхарда текли слезы безостановочно и тихо, и скулы были в красных пятнах, а в сознании билась одна мысль. — Не справился. — Вопрос Марцеля он проигнорировал, но зато спросил сам, болезненно улыбаясь. — Теперь убьете. Смерти он не боялся совершенно. Даже больше. Сейчас он почти хотел, чтобы Марцель достал пистолет и выстрелил, чтобы не пришлось потом возвращаться в убежище к Наоми и Клаасу и видеть их там мёртвыми.
Марцеллю это всё настолько напомнило его собственную недавнюю истерику, что желудок неприятно скрутило. — В конце концов, сколько ему лет? Двадцать два? Двадцать три? Двадцать шесть? Вот подстава! Он же ребёнок ещё, с его-то воспитанием. Это не улица и не банда.
А тут сначала начальница чуть не изнасиловала, пришлось с позором в родной городишко возвращаться, потом дядя в полицию пропихнул, потом знакомая девочка умерла и другой, любимый дядя заодно, а теперь еще и два страшных преступника собираются прибить ненаглядных гениальных племяшек. Мдаа…» Судя по тому, как смотрел на Герхарда Шелтон, мысли у него бродили схожие. — Нет, — наконец, ответил стратег и сел на траву рядом с Герхардом.
— Мы не собираемся тебя убивать. Судьба женой Штайна зависит исключительно от его поведения. — Их поведение. — И от твоего. Будь умным мальчиком и не суй нам палки в колеса. Ясно? Герхард кивнул. Губы у него тряслись. Марцель чертыхнулся, натянул в рукав водолазки на ладонь и промокнул Герхарду лицо. — Малолетний, плаксивый кретин!
Припечатал, яростно растирая ему мокрые щеки. — Так тебе все вечно и будут уже сопли вытирать. — Сначала мамочка, потом суровый дядюшка Иоганн, потом Ноа, теперь вообще я. Да зашибись! — Шванг, время! — неделикатно напомнил Шелтон, но отошел в сторону, чтобы не мешать. — Да знаю я, — буркнул Марцель и впечатал обе ладони по бокам от головы Герхарда.
Так, все. Я понимаю, что у тебя стресс, что ты на самом деле с младшей школы не ревел и все такое, но не в этом дело. Да, тебя сейчас хорошо нагнули, но это бывает, кстати, со мной тоже периодически, типа такова жизнь, понял? Но это не конец света, и да, к слову, мёртвые не мстят и ничего не исправляют, так что перед врагами ломай
любую комедию, только выживай, а уже потом решай, что с этим делать, забыть, как жуткий позор, или мстить, ясно тебе? — Ты там скоро? Шелтон успел уже упилить метров на 30 вниз по тропинке. — Сейчас! — нетерпеливо рявкнул Марцель и свирепо взглянул на Герхарда. Глаза у того по-прежнему были на мокром месте, но разум более-менее пришел в порядок. — Вот так лучше. — Да, чуть не забыл.
Три часа двигаться запрещается! — спохватился он и подкрепил слова телепатическим приказом. — Ну, а чтобы ты здесь не загнулся… Марцель обшарил карманы Герхарда и нашёл мобильник. Без проблем разблокировал, влез в список контактов, прощёлкал до «Том, придурок номер один» и сунул под нос Герхарду. «Твой ненаглядный Томас Линдон, что ли?» «Нет». Быстро соврал он, и Марцель удовлетворённо кивнул.
