– Ничего не происходит. Исчезают. Как не было до рождения, так же и после смерти.
– Открою тебе секрет: есть и другое мнение. Вот наши сердца светятся, а ты знаешь, что это не только особенность организма, но и наша душа? Ты же и про душу наверняка не слышал. Ты, я, Артур – вот мы тут стоим, да?
– Да, – кивнул Марк, не понимая, к чему ведёт Виктор.
– А что мы такое? Где мы есть? Руки, ноги? Но если убрать руки и ноги, мы же не перестанем быть собой. Это просто тело. Мозг? Говорят, что тоже можно убрать что-то там, а мы всё равно останемся собой. Понимаешь? Просто материальное тело, а душа… она как идея, как мысль. И вот когда человек умирает, на самом деле умирает только его тело, а душа продолжает жить. Большая часть душ уходит куда-то в другой мир, но есть и такие, которые по какой-то причине застревают на Земле и не могут отсюда выбраться.
– Я же говорю, ерунда, – хмыкнул Артур.
– А ты можешь доказать? – возмутился Виктор.
– Никто не видел никаких призраков – вот тебе главное доказательство.
– А кто-то говорит, что видел!
– Так и что? – Марк прервал их перебранку.
– Ну, я же и говорю. В том доме живёт призрак человека, умершего много лет назад. Я хочу его найти, но один идти…
– Боишься, – Артур засмеялся.
– Всё. Ты меня достал. – Виктор вытолкнул друга под проливной дождь, и сразу последовали недовольные крики.
Артур тут же вернулся под козырёк, но успел промокнуть до нитки и теперь стоял, насупившись.
– Давайте сходим туда как-нибудь?
Марк мог бы спросить, зачем Виктору это нужно, но он и так понял. Ответ был настолько очевиден, что не требовал каких-либо пояснений. В душе Виктор, как и Марк, искал ответы и желал чего-то большего, а факт существования призраков говорил бы о том, что за пределами этой странной жизни, похожей на клетку, есть нечто большее, нечто важное.
– Да, конечно. Давайте.
– Я не хочу, – стряхивая воду с чёлки, сказал Артур.
– Тебе это как-то повредит? – Виктор опять был готов вытолкнуть его под дождь.
– Погоди, – Марк успел вовремя вставить слово. – Если мы там ничего не найдём, то это будет означать, что ты прав. Только подкрепишь свою теорию фактами. Наверняка это поможет в поисках.
– Хм, – Марк очень удачно попал, так как Артур задумался, – может быть, ты и прав. Я подумаю.
– А можно было просто пару раз огреть.
– Тебе лишь бы огреть!
За такой короткий промежуток времени Марк очень сильно привязался к своим новым друзьям. В чём-то они были странными, непонятными, может быть, даже казались чуточку сумасшедшими, но именно это делало их особенными в жизни юноши. Ему нравилось разговаривать с ними, спорить или молча стоять и смотреть на город с высоты облаков. За все прожитые годы у Марка не было никого подобного, и только сейчас он начал осознавать, что ходил по земле с зияющей дырой в груди, которую сейчас получилось заполнить.
Дождь продолжался ещё около часа, но и ребята не думали уходить. Они хотели дождаться того самого момента, когда небо потратит все свои силы и на землю упадёт последняя капля.
Марк стоял перед зеркалом и внимательно изучал собственное отражение. Глаза, нос, уши, рот, волосы, буквально каждую клеточку тела. Юноша изо всех сил пытался увидеть, каким человеком он станет через десять лет. Ему нужен был хотя бы намёк или лёгкая тень, но тщетно. Из зеркала на него смотрел молодой парень с грустными глазами, которого впереди ждало не будущее, а настоящее завтрашнего дня. Марк чувствовал себя запертым в комнате. Если бы он знал достаточно о существовании птиц, то наверняка на ум пришёл бы образ ворона, сидящего в маленькой клетке и смотрящего на голубое небо. Но в Фалько, как мы уже говорили, не было животных. Ни домашних, ни диких, вообще никаких. Сколь абсурдно это ни звучит, были только очень непохожие друг на друга одинаковые люди.
Марку катастрофически не хватало знаний о том, каким может быть мир, чем может заниматься человек, какие пути выбирать.
Понятия Добра и Зла не могут существовать по отдельности, поскольку, только сравнивая, можно отличить одно от другого. А вот Марку как раз сравнивать было не с чем – он стоял на распутье дорог, не видя под ногами ничего, а это значит, ему приходилось придумывать всё с нуля.
Его упрямство не знало преград – он продолжал стоять перед зеркалом, злясь и напрягая глаза. Успел несколько раз назвать себя дураком, обвинить всех вокруг, извиниться и снова начать ругаться. Когда силы всё-таки закончились, а ответ так и не пришёл, раздосадованный юноша вышел из ванной, громко хлопнув дверью, и рухнул в комнате на кровать.
– Что случилось? – перепуганная громким звуком мама за несколько секунд прибежала в комнату сына.
– Что? – Марк приподнял голову над подушкой, пытаясь понять, о чём она говорит.
– Грохот на всю квартиру.
– Прости, я случайно, – помедлив, ответил юноша.
– Марк, ты в последнее время стал совсем другим, – Ева подошла ближе и села на край кровати. – У тебя что-то случилось? Скажи честно.
– Если я расскажу, ты не поймёшь.
– Почему? Я, по-твоему, так глупа?