У Вани перехватило дыхание: «Честно? Да разве это честно?!» Он хотел зажмуриться, отвернуться, но не мог оторвать взгляда. Даша стояла неподвижно, встречая врага лицом к лицу. Наверное, она и не знала, что у гмура сейчас было преимущество... А потом, ровно за секунду до того, как кулак Аметиста должен был вот-вот коснуться её лица, сделала шаг в сторону и резко опустила посох. Аметист запнулся и вылетел с подвесного моста.
– Сынок! – крикнул кто-то из толпы.
Над площадью пронёсся всеобщий «Ох!». Ваня чуть не заплакал. «Победила! Победила, Огневушечка моя!» Даша подошла к краю моста и опустила посох вниз. «Нет-нет-нет, – подумал Ваня и снова зарычал сквозь кляп. – Он же обманет! Нападёт, стоит тебе его вытащить!»
Аметист висел над пропастью, ухватившись за бревно. Оно трещало и вот-вот должно было разломиться. Даша опустилась на колени и помогла Аметисту забраться на мост.
Гмуры с облегчением выдохнули и начали аплодировать бойцам. Хватая ртом воздух, Даша потянула Аметиста за камзол, помогая ему заползти на мост, пока в итоге не рухнула на пол. У неё совсем не осталось сил. Непростая это задачка – вытаскивать гмура из пропасти.
Старейшина подошёл к Ване и вынул кляп у него изо рта.
– Отпустите её, отпустите, прошу, умоляю! – тараторил Ваня, пока есть возможность. – Она спасла ему жизнь. Она...
Старейшина поморщился и, бросив кляп к Ваниным ногам, объявил:
– Она спасла жизнь тебе, переросток. Мы отпускаем вас, чудаки.
Двое гмуров поспешили развязать Ваню, а тот от переизбытка чувств даже сказать не смог им ничего.
– Неужели ты поверил, что мы тебе ноги отпилим? – спросил гмур в синем камзоле.
Ваня кивнул.
– Давненько мы так не веселились, – сказал старейшина. – За этим пришёл?
Он взял со стола баночку волшебных чернил и, перелив их в гранёный флакон, отдал Ване.
– С-спасибо, – прошептал тот, не веря своим глазам.
– Куда путь держите? – спросил старейшина.
– В горы, – признался Ваня.
Ему почему-то больше не хотелось врать старому гмуру. Все беды оказались позади, и старейшина теперь ему был вроде дедушки. Ворчливого, но доброго. Гмуры, отвязавшие Ваню, принесли ему шубу и две пары валенок: одни побольше, другие поменьше.
Ваня поднял голову, ища Дашу: та всё ещё сидела возле Аметиста. Она сильнее побледнела и выронила посох.
– Воздух ей нужен, – пробухтел старейшина, будто это Ваня во всём был виноват. – И свет.
Аметист повёл Ваню тайными проходами на поверхность. Сложно был устроен город гмуров – вся гора в лабиринтах. Не зная его изгибов, заблудишься и пропадёшь. Большая удача, что Ваня с Дашей нашли сюда короткий путь, но обратно по нему возвращаться было нельзя.
– Дважды в день по одной дороге ходить – несчастье кликать, – Аметист сдвинул круглый камень и спрятался у стены.
Глазам стало больно от солнечного света. Ваня прищурился, не спеша выходить из уютного полумрака.
– Добром за добро платить надо, – Аметист поправил Дашин шарфик и подтолкнул Ваню к выходу. – Береги девчонку. Таких на свете раз-два и обчёлся. Повезло тебе с ней.
Ваня нёс Дашу на руках по пологим каменистым уступам. Внизу зеленел лес, а в нём щебетали птицы, на опушках стрекотали кузнечики, на земле виднелись следы зайцев. Хороший лес, спокойный. Не пугал уханьем филина, не хватал острыми ветками за плечи. «Так и не сказал бы, что волшебный», – подумал Ваня. Странное место – остров Бурьян, но куда больше его тревожила Даша. Она положила голову ему на плечо и тихонько посапывала.
– И зачем ты связалась со мной, дураком? – прошептал Ваня тихо-тихо, почти не слышно. – Никакой я не солдат... А трус и подлец. Врал дядьке, что в лавке приказчиком работал... Врал, что вернусь, памятью брата клялся... А сам... Выбрал не ту дорожку. Всё норовил в обход, где полегче да побыстрее. Понятно же, что прямая дорога – самая трудная. Кто по собственной воле захочет по ней идти? Серьги твои прикарманил. Дворец вон, обокрал. А в детстве ведь хотел солдатом стать, как брат. Знаешь, кто он? Фома, воспитатель твой.
Даша повернула голову и приоткрыла глаза.
– Ой, на меня что-то капнуло...
– Дождь, наверное, – Ваня шмыгнул носом. – Кто тебя просил в драку лезть? Хорошо, что обошлось. А если бы не победила?!
Даша поправила воротник Ваниного кителя.
– Я просто за тебя испугалась.
– Испугалась она... – заворчал Ваня, а у самого потеплело на душе от этих слов. Как будто была зима стылая, и вдруг лето началось. Никто его не ждал, а оно – бух! – и наступило. – Ладно... Надо бы привал устроить, приготовить что-нибудь.
Ваня аккуратно опустил Дашу на землю и начал собирать хворост для костра.
– Я землянику поищу, – вызвалась Даша.
– Ты? – удивился Ваня. – Это как?
– Хочешь по-настоящему понять, что значит быть незрячим? – спросила вдруг царевна.
– Интересно, – Ваня сел на корточки и закрыл глаза, пытаясь найти рукой ягоды.
– Попробуй изнутри видеть, – посоветовала Даша. – Слушай запахи, звуки...
Она ушла в глубь леса. Ваня слышал, как шуршала трава под её ногами, поэтому, не открывая глаз, поспешил следом и... врезался в дерево.
