Насчет сильных ощущений у Высоцкого ни у кого сомнений возникнуть не может. Да он вообще за двадцать лет целый мир создал в своих песнях. Такого разнообразия, такого тематического, жанрового и эмоционального диапазона вообще ни у кого в русской литературе нет.
Вообще, вы знаете, я вот готовясь к лекции набросал несколько мыслей, ну там конспект плана составил, несколько песен в какой-то раз послушал, несколько тех, которых и не слышал раньше, оказывается. И через час оказалось, что тема эта – безграничная! Нет, границы, конечно, где-то есть – но меньше чем в монографию рассказ о Высоцком не вложишь. И ничего личного – только поэзия, ее смыслы и истоки, лирика и философия, разные стороны жизни нашей многообразной и осмысление этих разных сторон. И все ведь смешано-перемешано в жизни нашей многотрудной – смешной, да горестной.
И классификаций песен Высоцкого возможно же много. Вот по тематике – это самая простая.
Блатные и зэковские, хулиганские, тюремные, о них мы уже упоминали. В русской поэзии корпус беспрецедентный. Фольклорная традиция разбойничьей песни и дворового романса весьма скромна. Единственным литературным предшественником можно считать Есенина с его считаными стихами «Москвы кабацкой» – более, как бы выразиться, сдержанными.
А одновременно дворовые песни в большинстве своем ироничные. А иногда – всерьез. А только это такая ирония и такой серьез: вот смотрит серьезный парень тебе в глаза и говорит что-то с улыбкой, а улыбка такая в сочетании с речью – что сейчас превратится в оскал, и слетишь ты с ног головой в стенку, а хмурость лица такая – что улыбнется сейчас, и все окажется шуткой, и посмеетесь оба. Серьезный парень его герой, хоть улыбчивый – да опасный, человек настроения, и по своим законам живет.
И они же могут плавно, естественно, по жизни нормально переходить в песни военные. Воевать – дело жестокое, иногда лихое, и лозунгов тут не произносят, готовы убивать и умирать.
Они же могут оказаться философскими – вроде так и простыми, а вообще ведь о сути жизни: «Загубили душу мне, отобрали волю, а теперь порвали серебряные струны!»
И переходят они одной стороной незаметно и легко в песни о пьянстве, которые тоже могут быть и ироническими, и вообще юмористическими, и самопародией, и сказкой: «У вина достоинства, говорят, целебные. Я решил попробовать – бутылку взял, открыл: вдруг оттуда вылезло что-то непотребное – может быть, зеленый змий, а может крокодил».
Оп! – и вдруг о пьянстве оказывается сатирической и социальной: «Теперь позвольте пару слов без протокола. Чему нас учит семья и школа? Что жизнь сама таких накажет строго. Тут мы согласны – скажи, Серега?»
А другой стороной дворовый романс перетекает в зэковскую героику страны, где полстраны в лагерях: («Был побег на рывок»)
Все лежали плашмя, в снег уткнули носы,
а за нами двумя – бесноватые псы.
Девять граммов горячие, как вам тесно в стволах!
Мы на мушках корячились, словно как на колах.
И тогда зэковская песня становится биографией страны, и никакая она не зэковская уже, а такая простая народная, что проще про историю страны уже некуда: («Банька по-белому»)
А потом, на карьере ли, в топи ли,
наглотавшись слезы и сырца,
ближе к сердцу кололи мы профили,
чтоб он слышал, как рвутся сердца.
А ведь это уже история, социология, летопись, это эпос, это баллада и монолог, повесть о поколении и уголовное дело.
Поэт – кроме всего прочего – это обостренное чувство правды и справедливости, жажда свободы и боль людская. Так что тема тюрем и лагерей, сроков и запретов в поэзии Высоцкого – просто неизбежна, просто невычленяемая составная часть. Жизнь такая потому что была, страна такая, мироощущение такое. Где зэки и где детство? Рядом, рядом:
Спасибо вам, святители, что плюнули да дунули,
что вдруг мои родители зачать меня задумали
в те времена укромные, теперь почти былинные,
когда срока огромные брели в этапы длинные.
Их брали в ночь зачатия,
а многих даже ранее,
но вот живет же братия –
моя честна компания.
Песни военные, если пытаться говорить о них отдельно, мы тоже уже упоминали. Сначала ответим на вечный вопрос: почему война, он же сам не воевал? Ну да, отец офицер, но это еще не повод, честно говоря. Это ведь просто, правда? – потому что война – это экстрим, пограничная ситуация, грань смерти, борьба, человек на изломе. Песня о войне – это уже жанр трагедии: испытание героя борьбой, риском, смертью. Пойдешь ли ты с ним в разведку. Каков он в деле, в дружбе, в бою.
Если делить по тематике – то военные песни Высоцкого очень разнообразны. Если в «Сереге Фомине» или «Штрафбатах» были мотивы блатные, то «Мы вращаем землю» уже просто патриотический пафос: страна, народ, война, одна судьба на всех. Вот простой рассказ о разведке, скупой сюжет: «Борисов, Леонов и парнишка из второго батальона». «Черные бушлаты» – тоже рассказ-мололог.
