– Тогда я произведу разрез у тебя на шее и вставлю в образовавшееся отверстие железную трубку. Через нее ты сможешь спокойно дышать, пока я буду занят исцелением твоей болезни. Все это звучит весьма пугающе и выглядит тоже не особо эстетично, но бояться тебе совершенно нечего: на твоей прекрасной шее не останется и следа. Уж что-что, а залечивать свежие повреждения кожи я умею просто блестяще. Так что даже шрама не останется, поверь. И кстати, если у тебя остались вопросы, смело задавай!
– Я не совсем понимаю, – Эрмитта не успела заметить, почему и когда в разговоре они перешли на «ты», но решила не отходить от установленных Туралланом условий. – Ты мне сейчас долго и подробно рассказывал про новый метод познания и исцеления различных недугов. Но каким образом ранее маги Калантора могли столь успешно лечить обращавшихся к ним людей, ежели лечение, как ты говоришь, вслепую значительно проигрывает вашей новой методике? Как мы обходились без нее все это время, если старые способы так плохи?
– Кто сказал, что они плохи? Они прекрасны настолько, насколько они отточены и познаны за десятки малых кругов лет! Но ничто не может улучшаться, стоя на месте. Благодаря развитию знания о внутреннем строении в будущем любой маг даже без помощи самарантов сможет с легкостью опознать и исцелить подобный твоему недуг. А при помощи драгоценных камней он же сможет исцелять повреждения слоев головного мозга, не проникая под кость и не задевая своей магией соседние слои. Раньше подобное исцеление зачастую сопровождалось различными незначительными последствиями, которые либо оставались затем на всю оставшуюся жизнь, либо увеличивали время работы мага. А это все-таки накладывает свой отпечаток и на нас. Так что в нашем новом учении мы видим только одни неоспоримые преимущества!
– Я точно ничего не почувствую, когда ты будешь резать мне шею?
– Совершенно исключено. Я дам тебе настой салвии, он усыпит тебя. Ты ничего не почувствуешь. И шрама тоже не останется.
– Шрам меня смущает меньше всего. Одним больше, одним меньше. Теперь они есть у многих. А некоторым они даже идут.
Эрмитта повернулась назад и улыбнулась сидящему в хвосте телеги Руду, который за все время поездки не произнес ни слова.
***
– Тураллан.
– Да, моя дорогая Эрмитта?
– А что ты делал в том городе, по дороге из которого ты нагнал нас?
– Ты имеешь в виду Винедмак? Я не был в нем, проехал мимо рано утром. Спешил домой из поселения, что лежит севернее названного тобой места. И могу рассказать тебе весьма интересную историю, – не дождавшись ответа, маг продолжил: – Да будет тебе известно, за последнее время в нескольких местах Йос нами было обнаружено рождение весьма странных детей.
– Лишенный волос ребенок из Зилдрагота?
– Как все-таки стремительно распространяются вести! – если маг и оказался в замешательстве, то внешне ничем себя не выдал. Разве что голос дал короткую паузу. – Ты уже слышала об этом?
– Говорили, что подобный ребенок родился недавно в Зилдраготе.
– Не только там. Есть еще несколько мест, где нами были найдены подобные дети. Хм… Несколько. К твоему сведению, их уже более двух десятков.
– А правда, что они совершенно лысые?
– Нет. Под нашим наблюдением ребенок, которому уже четыре года. И у него имеется существенный волосяной покров на голове. Мы считаем, что ежели дитя выживет, то во взрослом состоянии будет иметь растительность в области пяти энергетических зон. Но вот все остальное его тело покрыто весьма блеклыми и тонкими волосами. Практически невидимыми даже при дневном освещении.
– И почему так?
– Трудно судить, – маг пожал плечами. – Осмотры, проведенные магистрами целительной ветви, подтвердили полное отсутствие у подобных детей каких-либо недугов. Но мы не теряем надежду. Вполне может статься, что дальнейшее взросление позволит найти скрытый источник сей странной болезни.
– Это звучит, как минимум, ужасно, – Эрмитта нахмурилась.
– Почему? – казалось, Тураллан был искренне удивлен. – Мы, я имею в виду и магов, и людей, как народность, живем на этом континенте уже не один Большой круг лет. В наших телах мудрейшим Богом заложена идеальность строения. Никто не смог бы придумать лучше. И каждое новое открытие только подтверждает эту непреклонную истину. Именно в нашей телесной стабильности залог будущего каждого из народов. Любое отклонение от правил незамедлительно влечет за собой угрозу смерти. Лиши человека рук, и он быстро умрет с голода или от клыков хищных зверей. А ежели подобные безрукие будут везде? Станут ли хищники жалеть их? Да они сожрут каждого, кого успеют догнать, чтобы в дальнейшем расплодиться и занять освободившуюся территорию.
Эти… м-м-м… новые дети есть прямое отклонение от устоявшихся норм. Отсюда, следуя неумолимой логике, получается, что раз у них есть это самое отклонение, значит, у них имеется, если хочешь, поломка. И в свое время она приведет к остановке всего организма. Как сломанное колесо на нашей телеге.
***