Перед ним на дорогу выскочил гуркхи с винтовкой наперевес. Заглушив мотор, Коэн съехал на обочину и остановился. Наступив на покалеченную ногу, он от боли заскрипел зубами.
— Вы слишком быстро едете, — сказал гуркхи на ломаном английском.
— От неожиданности я чуть было не сшиб вас.
— Вы должны ехать медленнее перед границей. Впереди — Индия. Документы, пожалуйста.
Коэн протянул ему одно из водительских удостоверений австралийца.
— Разрешение есть?
— Простите?
— Ваше разрешение! — Гуркхи кивнул в сторону мотоцикла.
— Я купил его в Катманду. Парень не дал мне никакого разрешения.
— В Непале нельзя ездить без разрешения.
Коэн посмотрел за реку.
— Раксаул недалеко отсюда.
Гуркхи встал перед ним, преграждая дорогу:
— В Индии тоже нужны разрешения.
— Тогда я достану себе какое-нибудь в Калькутте.
Гуркхи отошел к грузовику и стал что-то говорить по рации. Стараясь услышать, о чем он говорит, Коэн придвинулся ближе. Двое других гуркхи подняли свои винтовки, давая ему понять, чтобы он отошел. Параллельно реке вдоль берега тянулась широкая полоса насыпи. Укрыться там негде, а по вспаханной земле быстро не поедешь.
Гуркхи сошел с подножки.
— При выезде из Непала вам не нужно разрешения.
Коэн улыбнулся. Гуркхи улыбнулся в ответ.
— Но для въезда в Индию нужно разрешение, так же как и для въезда в Непал.
— Я же сказал, я получу в Калькутте.
— Вам надо получить его в Катманду.
Коэн перевел взгляд на мутную реку и ржавый провисший мост через нее. Пустынная дорога за мостом словно покачивалась в жарком воздухе.
Громко зашумело радио.
— Минуту, — сказал гуркхи, Коэн кивнул и протянул ему руку. Изумленный гуркхи пожал ее и, повернувшись, полез в грузовик. В этот момент Коэн быстро сел на мотоцикл, повернул ключ и покатился вниз по склону мимо стоящего к нему спиной гуркхи. Переключив на вторую скорость, он отпустил сцепление. Мотор завелся; другой гуркхи, подняв винтовку, шагнул на середину моста. Поддав газу, вытянув вперед руку, Коэн оттолкнул его и вцепился в ревущий, подпрыгивающий на клепаном покрытии моста мотоцикл, мчавшийся все быстрее и быстрее к вогнутому куску неба за мостом. Сжавшись от жуткого пения пуль за спиной, он пронесся мимо индийского пропускного пункта с ошарашенным охранником и вылетел на плоскую высушенную солнцем равнину.
Стрелка спидометра дергалась, разбитая фара гремела, когда мотоцикл на всей скорости скакал по рытвинам и ухабам. Мимо мелькали телеграфные столбы; он смотрел на провода и как бы старался обогнать бесшумно бегущие по ним слова. Объехав стороной одну неказистую деревню, он решил отказаться от обходных путей и помчался напрямик, распугивая кур, собак и детей, по разложенному постиранному белью, покрыв его тонким слоем пыли. Лишь раз он остановился у заправки со сломанным счетчиком, где девушка с белыми невидящими глазами вручную управляла рычагом насоса.
«Через 23 дня, Пол. Пасха в Париже. Le Serpent d’Etoiles. Я буду там — а ты? Из Парижа сразу махнем через океан на Фултон-стрит, 293. „Кохлер Импорт-Экспорт“. Пока мы убегаем от них, Пол. Но это только пока».
Когда он добрался до Нью-Дели, уже стемнело. Тускло мерцали редкие фонари, аэропорт был скудно освещен. Он поставил мотоцикл на стоянку, когда на западе почернели последние грязные розовато-лиловые отблески дня.
До рейса «Эр Франс» в Париж оставалось два часа. На деньги Стоу он мог долететь до Афин и осталось бы еще несколько долларов на еду. «Там я смог бы спрятаться, пока не подойдет время встречи с Полом в Париже. Или до Югославии, лишь бы куда-нибудь подальше». По телефону-автомату в аэропорту он забронировал билеты на три фиктивных имени, затем купил в магазинах аэропорта бинты, йод, бритву, зубную щетку, ботинки и одежду. В туалете он промыл и осмотрел свое колено: рана была длинной, когда он раздвинул ее края, забелела кость коленной чашечки. Он полил ее йодом, забинтовал, быстро умылся, вытерся бумажными полотенцами, переоделся, побрился и выбросил одежду Пола в урну. Давно забытый им звук сливного бачка заставил его вздрогнуть. Доковыляв до мотоцикла, он высыпал содержимое сумок багажника в ящик для мусора, порвал водительские права и паспорт Стоу и три фотографии, выбросил их на ветер и поставил «Судзуки» с торчащим в нем ключом на стоянку.
— Ты здесь долго не пробудешь, — сказал он, похлопав его по баку.
За пять минут до отлета он купил билет до Афин. Самолет был полупустой. Он сел в хвосте у окна и устало откинулся в кресле. Самолет набрал скорость, увлекая его в обессиленное забытье.
