Аня, как ей и приказали, отправилась домой. Как же она удивилась, когда, выйдя из такси у дома Романа, увидела сидящего на ступеньках клыкастого законника. Оглядевшись по сторонам и убедившись, что чужие глаза за ними не наблюдают, Хантингтон разжал широкую ладонь, на которой лежал стеклянный пузырек с темно-красной жидкостью.
— Это вам. Моя кровь. Когда будет невмоготу, капните на метку, и боль на некоторое время отпустит. Жаль, что больше ничем не могу вам помочь, Анна. — И, не дожидаясь реакции магички, вампир вложил ей в руку флакон и пошел прочь.
Провожая потрясенным взглядом этого непостижимого, грубовато-резкого мужчину, Аня спросила себя, какие из испытанных чувств сейчас сильнее. Удивление? Подозрительность? Злость? Какой резон вампиру помогать ей? Особенно когда из-за нее погибли две кровососки. Подаренная кровь — поступок от души или хитрый план по завлечению ее в ловушку? Искренен ли Хантингтон в своей заботе?
Первая мысль — выбросить пузырек в ближайший мусорный банк — улетучилась из раскалывающейся головы сразу после очередной волны боли, обжегшей плечо. Анальгетики, исцеляющая магия, законсервированная в одном из брелков браслета, не спасали, когда метка напоминала о себе. И где-то в четвертом часу утра Данилевская бесшумно, чтобы не разбудить Ромку, скользнула в ванную и капнула кровь Хантингтона на алое пятно.
Моментальная реакция — легкое онемение — несколько напугала девушку, и она вскрикнула, разбудив хозяина квартиры.
Когда вертигр узнал, как Аня провела прошедший вечер, пострадала стена коридора — расстроенный оборотень пробил в ней кулаком дыру. Чуть успокоившись и выслушав Анину историю еще раз, Булатов открыл ей глаза на поступок Хантигтона:
— А ведь он тебя прикрыл, сестренка. Сама понимаешь, одно дело — убить вампира в схватке за свою жизнь и другое — когда он пытается передать приглашение принца.
— Откуда я могла знать, чего хотят те девицы?!
— Незнание не освобождает от ответственности. Твоей жизни ничего не угрожало, ведь даже Лоренса они не убили, всего лишь высосали часть крови.
— «Всего лишь»?! — возмутилась Аня. — Да они ему вены перерезали и оставили в ванне с холодной водой! И вообще, ты на чьей стороне, Рома?!
— На нашей. Я лишь показал, как перекрутить случившееся не в твою пользу. Копу нужно сказать спасибо: он не выдал тебя напарнику и попытался в меру своих сил помочь справиться с печатью принца.
— Зачем ему помогать мне?
— Мне тоже интересно, Ань.
— Вдруг это ловушка?
Роман наморщил лоб и с минуту молчал.
— Не думаю. По сути, его поступок — предательство вампирской общины Нью-Йорка. Принц не погладит Хантингтона по голове за то, что он дал тебе средство, способное облегчить действие печати. Как бы вообще не казнил за измену. Так что смело используй его кровь — она не установит между вами связь, если ты, конечно, не примешь ее внутрь.
— Что я, идиотка? — буркнула Аня. — Мне бы избавиться от той, что влил Аристарх.
— Лет через пятьдесят она исчезнет сама, — легкомысленно заметил парень. — Но если не хочешь ждать, найди Грааль, испей из него воды.
— Еще предложи найти доброго могущественного вампира, чья кровь вытеснит кровь Аристарха, после чего он не захочет превращать меня в свою рабыню.
— Хватит с тебя вампиров, Анька. Найди лучше древнего дракона, его ихор[4] не слабее Грааля.
Ироничные рассуждения о способах избавления от власти Аристарха немного развлекли молодых людей, прогнав грустные мысли.
Воспоминания об утреннем разговоре с Ромой, неисправимым оптимистом, подняли боевой дух Данилевской, и она, смазав кровью Хантингтона метку на плече, вернулась в зал.
Бранд окинул девушку долгим взглядом. Анне даже показалось, что клиент принюхался, будто учуял кровь. По спине поползли мурашки страха. Юрген не указал в анкете, к какому сообществу Полуночи принадлежит. Но он не оборотень и — упаси Ночь! — не вампир, доказательства отсутствовали, но Аня, как и всякая ведьма, доверяла чувству озарения. Кто же он? Маг? Сидхе? Нифилим?
— Аня, как насчет десерта? — Голос экс-гонщика вырвал магичку из панических раздумий.
— Спасибо, в другой раз. Предлагаю перейти к серьезному разговору, и для этого нам придется поехать в офис. — Бранд недоуменно приподнял светлую бровь, и девушка объяснила: — Вы ведь беспокоитесь о своих тайнах? А помещение, занимаемое компанией, защищено от прослушивания с помощью магии или человеческой техники.
— Подобная защита есть и в моем доме. Анна, если не возражаете, мы можем продолжить разговор у меня в особняке.
— Возражаю. Предпочитаю работать на своей территории. — Магичка невинно улыбнулась.
— Разве в уикенд, кроме вас со Стивенсоном-младшим, работает кто-то еще? Кстати, приношу свои извинения, что лишил законных выходных.
И хотя Ане извинения Бранда не показались искренними, она покачала головой:
— Не переживайте, ради интересов клиента любой агент «Стивенсон и сын» пожертвует своим отдыхом без сожаления. Мы знали, куда шли работать.
— Завидная преданность делу.
