Бледное перепуганное личико, огромные глаза, в которых читалось страдание – сестра была вне себя от страха, потому что за руки ее держали два скелета.
– Пожалуйста, дядя Егор, она же маленькая! Отпустите ее!
Я собиралась сделать шаг, когда в зале появился Энек. Он влетел через окно и опустился рядом со мной.
– Как приятно, когда вся семья в сборе, – сказал он вполне миролюбиво. Дядя медленно двигался, рассматривая меня со всех сторон. – А ты хороша, племянница! И у тебя замечательная сила, почти как у Грегори!
Я сжала кулаки, приготовившись к бою. Неважно, каким он будет: словесным, физическим, волевым. Жалко, что к магическому я совершенно не готова. Меня этому не учили. Впервые в жизни я пожалела о нехватке образования. Смешно.
– Я не хочу с тобой драться, – сказал Энек. – Жутко не люблю поединки с девушками.
– А чего вы хотите?
– Чтобы ты подумала над моим предложением, – ответил дядя, подходя на расстояние трех шагов. – Принеси мне клятву верности. И я всех отпущу! И Миру, и заложников. Всех.
– И магов, которые сейчас бьются с твоими приспешниками?
Брови Энека удивленно приподнялись. Теперь нас разделяли два шага.
– Ради твоей клятвы – возможно. Видишь ли, мы с тобой последние совершеннолетние Нордоны. Остальные мои племянники – малыши. Не думаю, что они будут интересоваться политикой…
Улыбка Энека мне совсем не понравилась.
– А с тобой мы могли бы жить в мире. Ты была бы принцессой, Лина. Или королевой с сильным мудрым советником за спиной. Что тебе нравится больше?
– Что мне мешает быть принцессой рядом с Ивоном?
– Может быть, его смерть?
Я вздрогнула.
– Ты врешь! – сказала я, чувствуя, как ногти врезаются в кожу.
Нет, буду честна, я не особо горевала из-за короля, которого знала от силы несколько часов. Но от понимания того, что помощи не будет – мне поплохело. Остались только я и Энек. Папа пришел на помощь Ивону. Кто из совершеннолетних Нордонов придет на помощь мне?
Земля пошатнулась. Откуда-то со стороны послышался взрыв. А затем на газон приземлился Рэм. Его бурая чешуя стала почти черной от сажи и обуглившейся крови. Хотелось бы верить, что чужой. Огромные черные крылья угрожающе распахнулись. На фоне голубоватой стены их ломаные контуры казались долиной вулканов, готовых выпустить из своих недр огонь.
Дракон угрожающе оскалился.
– Я понял, – сказал, поворачиваясь к нему, Энек.
Огромные янтарные глаза, прищурившись, смотрели на меня. Он надеялся, что я «прочитаю» его мысли. И впервые за время нашего знакомства я догадалась, о чем он думал.
«Нет, – прошептала я. – Нет! Не вздумай жертвовать собой! Не вздумай… Я все равно не убегу».
Мира всхлипнула. Я очнулась, переключая внимание с дракона на сестру. А бой уже завязался. Я с замиранием сердца понимала, что это единственные мгновения, когда можно освободить Миру и вывести ее из дворца. Успею ли я вернуться?
«Держись!» – мысленно попросила Рэма.
Я кинулась к скелетам. Сильным ударом ноги снесла голову одному, а затем и второму. Схватила Миру за руку и без тени сомнения сделала шаг, думая о парке за пределами щита, но оказалась у дерева, показанного Жанной.
Дежурившая там Тень перевела дрожащую Миру за голубую стену, где виднелась такая же дрожащая мама. Сестра бросилась к ней на шею. Я не слышала, но догадывалась, что Мира плачет. Мама целовала ее, успокаивая.
– Леди, – позвал меня Тень. – Пойдемте?
Это было так просто – сделать шаг и оказаться рядом с ними, а затем вернуться домой, где не будет магии, грифонов, странных родственников. Где я снова могла стать непутевой Линой, преподающей танцы. Это было так просто… Но я выбрала другой путь.
Ивон лежал с закрытыми глазами и не дышал. Пока архимаг продолжал держать защиту, Розали подбежала к королю, чтобы нащупать пульс. Ведьма с ужасом обнаружила, что сердце короля уже не билось, хотя тело еще хранило тепло. Продолжая держать пальцы на сонной артерии и надеясь на чудо, девушка не сразу заметила, как от груди короля отрывается белое облачко.
– Ах ты ж!.. – пробормотала ведьма, поспешно хватая душу мужчины, точно птицу, вырвавшуюся из клетки. Но «птица» не желала так легко сдаваться. «Облако» трепыхалось, норовило выскользнуть, еще немного – и она с ним не справится, решила Розали.
– Ну ты и… – прошептала ведьма, сжимая «облако», стремившееся улететь к Оракулу. – Сбежать надумал, мерзавец? Хороший король, ничего не скажешь! Меня баба бросила, поэтому я расклеюсь и сдохну! – бормотала девушка, прижимая дух к груди Ивона. – У тебя страна, дети, а ты валяешься здесь, как тряпка! А почему как? Ты и есть тряпка! Меня никто не любит, я бедный и несчастный… Правильно сестра поступила, что сбежала от тебя! – Розали ударила кулаком второй руки в районе сердца, заставляя его биться. – Знаешь, кто ты?..
– Ты уже задавала этот вопрос, – прохрипел король, открывая глаза.
– Отлично! Надеюсь, ты и ответ слышал, сволочь!
– Хватит ругаться. У меня голова болит!
– Я только начала, – ответила Розали, вытирая со лба пот. – Поднимайся! Там твои люди бьются из последних сил. И в отличие от тебя, не желают умирать.
