– Дать мне пожить еще немного. В родном-то мире меня убили…
– За что?
– Самое печальное, ни за что. Было столько случаев вляпаться по глупости, а получилось по случайности.
Я тщательно отслеживала каждое слово, чтобы не дать понять даже какого я рода. Из вредности! Призывать он меня еще будет! Нашел собачку!
Шарик, туда, Шарик, сюда…
Я еще и зубками обладаю. Острыми.
– И много ты еще поживешь?
– Пока убийцу не найдем. Потом – все.
Я грустно развела лапками. Кстати – не соврала. Что бы там ни случилось, мое существование в виде домового духа будет окончено. Начнется что-то новое…
– Других тебе трогать не приказывали?
– Так все и целы. Разве что Рандана Фаулза покусать пришлось, но сам виноват. Чего он убивать кого-то вздумал?
– Так ведь не он первый?
– Я не могу контролировать все, что происходит в доме. И вообще, убийца всегда остается в конце, целым и невредимым.
– В смысле?
– Закон такой. Убийца готов оборвать чью-то жизнь, ему это легко и просто. А порядочный человек – не готов, на этом и попадается…
– Хм… интересная мысль.
– Жаль, времени на философию у нас не будет.
– Почему?
– Я надеюсь, завтра вы все выясните. Насчет убийцы.
– И ты умрешь.
– Вполне возможно. А что?
– А тебе пожить еще не хочется?
– Есть конкретные предложения?
Таковых у брата Риса не было. Я махнула лапой:
– Ну и не валяй дурака. Ложись-ка ты спать, друг.
– Но…
– А что ты еще можешь сделать?
Этого брат Рис не представлял. Но вдруг?
– Тебе так хочется поговорить?
– Ну…
– Обещаю заглянуть в гости. Перед завтраком, хорошо?
На лице у хуртара было написано недоверие, но других вариантов не было. Пришлось помахать ему лапкой и отправиться к Керту.
Вот ведь…
Не повезло Рису. Я уже эфирент, я привязана к дому, так что воздействовать на меня крайне сложно. А была бы я кем-то другим, не домовым духом?
И заловил бы, и поиздевался всласть…
Надо ему завтра пакость подстроить, что ли?
Или не надо?
Человек на работе, человек дело делает, старается, упирается… он же не виноват, что я – такая. И наверное, привык к другим эфирентам, не к самым порядочным…
Мало ли что можно ожидать от незнакомого тебе эфирента? Там хоть кто и в чем клянись, не поверишь. Я вот притворюсь мирной и пушистой, а потом ка-ак обернусь песцом! Конечно, он должен был проверить и что, и как…
Не знаю.
Ладно, я подумаю и, может быть, не стану ему писать в ботинок. Если не обнаглеет.
Утро началось с возмущенного вопля. К нам в комнату ворвалась Колетт Дален.
Да, к нам. Потому что я спала на подушке у Керта и едва успела ссыпаться с нее, чтобы не спалиться. Нет, что эта дамочка себе позволяет?
– Что происходит, Керт?
Хуртар, отвратительно соображающий со сна, потряс головой:
– Не понял? Что происходит?
– Почему Рандан под замком?
– Почему Рандан под замком?
– Сколько можно повторять мои вопросы?! – озверела Колетт. – Мне ответы нужны!
Керт фыркнул. Потер лицо руками. И кажется, начал осознавать, что вокруг не сон, а реальность. Потом еще и прошлую ночь вспомнил.
– Ларра Дален, ничего, что вы меня разбудили?
– Мне это совершенно не мешает, – заявила ларра.
– А мне?
– Это меня сейчас мало интересует, – фыркнула ларра. – Ну так?
Керт вздохнул и полез из-под одеяла. Благо спал одетым.
– Ваш дражайший братец вчера пытался убить Далини Верейль.
Колетт где сидела, там и рот открыла.
– Да… эту подстилку Эрарда?
– Абсолютно точно. И ребенка своего не пожалел.
– Ребенка?
Керт ухмыльнулся, глядя на растерянное лицо Колетт. А вот тебе за ранние побудки!
– Да, вы знаете, Далини была уверена, что ждет ребенка от вашего брата. Он тоже так думал…
– А… она и он…
Я с удовольствием наблюдала редкое зрелище. Колетт Дален, которой и сказать-то нечего. Керту надоело издеваться раньше, и он махнул рукой. Ладно уж. Расспрашивать ее все равно надо, благо сама пришла. Не ловить по всему дому.
– Вы хорошо знали жену брата?
– Алисин? Н-нет…
– Насколько – нет?
Колетт резко вскинула голову. И как ей это удалось так аристократически проделать, сидя в кресле? Даже не представляю!
– Алисин, хоть и стала женой моего брата, так и осталась тупой и ограниченной самкой. Разговаривать нам было не о чем, она у меня вызывала только отвращение.
– И вы не давали себе труда его скрывать.
– Я старалась, – потупилась Колетт.
Так себе и представляю это зрелище. Встречает Колетт брата с женой: «Дорогой, я так рада тебя видеть, так рада, ах да, и вы тоже проходите… для вас есть место на конюшне».
Кажется, Керт представил себе примерно то же самое, потому что хохотнул.
– Думаю, Алисин вы не обманули.
– Я и не пыталась.
– Даже так?
– Когда Рандан женился, Алисин попробовала навязаться мне в подруги. Неудивительно. Они достаточно бедны, а я хорошо зарабатываю.
– Как это выглядело? – удивился Керт.
– Алисин приезжала и рассказывала мне, какая я замечательная.
– В этом она была права.
– Спасибо, Керт. Тем не менее. Потом она рассказывала мне, какая она несчастная. А потом говорила, что именно ей нужно для счастья. Платье, шляпка, поход по лавкам, погостить у нас дней десять…
Керт от души фыркнул.
– Неужели это хоть раз сработало?
– Хурта ради! Керт, кем вы меня считаете? Я не люблю пиявок в любом виде!
