– Он пока что не мой бойфренд. Вчера мы вместе покатались по Санья… – Чаоси снова пересказала все, что приключилось с ней накануне. Но на английском она говорила не очень хорошо, поэтому многие детали пришлось опустить и рассказывать как можно проще.
Тар слушал с глубоким интересом и сразу же отозвался:
– Ну и что с этого?
Чаоси удивилась.
– Что ты имеешь в виду?
– В какой семье не без урода?! В любой стране бывают мошенники, которые подставляют туристов! Каждый раз, когда сходишь на берег, будь осторожнее. Ну или купите турпакет от нашего лайнера. С гидом вас никто не обманет.
– Да дело же вовсе не в велотакси и хозяйке ресторана! – У Чаоси и Терезы одновременно отвисли челюсти.
– Как? Проблема же в том, что вас облапошили, вот вы и разозлились. Или я не догоняю? – Тар говорил это с выражением полной наивности на лице.
Тереза, кивнув в сторону Тара, заметила:
– Никогда не влюбляйся в инфантильных простофиль. Они тебя быстрее всего в гроб вгонят. Если только ты не чувствуешь непримиримую ненависть к самой себе и не решила так наказать себя.
Тар на такое не подписывался.
– Да ладно тебе, не надо ее запугивать. Все не так плохо! И у простодушных простофиль бывает свой – пускай глуповатый – шарм.
– Да, мне как раз нравится простодушие. С простофилями веселее. – Чаоси говорила о Сижуне.
Тар ответил ей полупоклоном и прознес:
– Спасибо за комплимент.
– Это не о тебе! – хором отозвались Чаоси и Тереза.
– Простофили бывают разные. Главный вопрос: бесит тебя твой простофиля или нет? Если здесь и есть на что злиться, то только на то, что он легко признал поражение перед дурными людьми! Ты сразу хотела бежать за полицией, а он порекомендовал успокоиться, уладить дело «по-человечески». И заплатил то, что задолжал. Вообще, не полицией надо было угрожать, а сфотографировать физиономию хозяйки того заведения и вывеску снаружи. Разместили бы в сети на суд друзей и сделали бы недобрую славу ресторанчику. Ну или пригрозили бы, что пожалуетесь в какое-нибудь там общество по защите потребителей. Как-то легко все сошло с рук рестораторше. А твой ухажер еще умудрился попросить у нее организовать вам такси? Ну не дурак ли?!
– Полин заявила, что он умеет находить хорошее в неприятностях. И еще что у него высокий EQ.
– Чушь несет эта твоя Полин! Мнит себя корифеем в любви, а почему-то собственную личную жизнь все никак не может устроить.
Чаоси только и могла, что пожать плечами. Было и смешно, и грустно.
– Вообще, тебе стоит поговорить обо всем этом с твоим папой. Он все устроит как нельзя лучше. У капитана на любую головоломку, над которой мы будем биться целыми днями, найдется разумный ответ. Порядок на нашем судне держится благодаря его уму и стараниям, – заметила Тереза.
Тар поддакнул:
– Вот-вот! Капитан у нас – человек что надо. Он невозможное делает возможным.
До Чаоси вдруг дошла одна мысль: каждый промах Сижуна она принимала близко к сердцу. Может быть, так Чаоси неосознанно поставила парня и папу на одни весы? И в сравнении с отцом, который во всем был такой блистательный и успешный, Сижун выглядел как-то не очень? По-хорошему, это было несправедливо по отношению к Сижуну. Ему еще предстояло прожить долгую жизнь, чтобы показать себя. Странно требовать от паренька состоятельности взрослого мужчины.
Сижун оставался Сижуном и понравился Чаоси именно таким, каким он был. Почему же она пыталась оценивать его по тем же параметрам, что и отца? Не нужно связывать с посторонним человеком все те неоправданные ожидания и оставшиеся без ответа чувства, которые она ощущала к папе. Так Чаоси только всех от себя оттолкнет.
Бескорыстную любовь, которую мы получаем от родителей, никто другой не в состоянии нам дать. Если тебе кто-то понравился, придется преодолеть страх недополучить чувства или, наоборот, получить их с избытком. Зато каждый раз, все же получая капельку понимания и взаимности, будешь ценить это дороже всего остального в мире. Со временем таких капелек накопится много, и воздух вокруг вас наполнится чувствами. Это та особая любовь к вроде бы постороннему человеку, с которой никакие родственные связи не сравнятся.
К огда смена закончилась, Чаоси покинула ресторан через стеклянные двери. Сижун все прятался за колонной, виднелись только краешки его обуви. Чаоси с самым невозмутимым видом начала подниматься по винтовой лестнице. И на повороте развернулась так, что Сижун предстал перед ней во всей красе.
– Так вот кто за мной повсюду следует! Сталкер! – раскрыла его Чаоси.
Сижун сразу же выставил напоказ свои тигриные клыки и глупо захихикал.
– И чего тебе надо? – Она «разыгрывала» праведный гнев.
Сижун примирительно заявил:
– Хотел удостовериться, что ты не злишься.
– Ну и каков результат наблюдений? – Чаоси встала, подперев руки в боки.
– Кажется… – Сижун присмотрелся к выражению ее лица – … еще злишься.
– И чего ты собираешься с этим делать?
– Думал, что встречусь с тобой, словлю пару нелестных фраз в мой адрес, пока ты не сменишь гнев на милость.
Это лучшие извинения, которые можно получить от такого простого паренька.
