Те асуры, Сунитха, которые пали в сражении с Богами, стали героями среди смертных. Вот брат твой Сумундика, который родился на земле Сурйапрабхой. И прочие асуры, соратники твои, родились на земле в облике друзей Сурйапрабхи. Великий асура Шамбара родился в облике Прахасты, министра Сурйапрабхи, а асура Триширас стал министром Майа — Сиддхартхой; данава Витапи воплотился в министра Праджнадхйа, данава Улука теперь родился его другом Шубханкарой, а нынешний друг его Витабхити был врагом Богов данавом Кала. Министр Сурйапрабхи Бхаса был прежде дайтйем Вришапарвой, и Прабхаса — дайтйем Прабалой. Он был настолько великодушен, что тело свое, состоявшее из всяческих драгоценностей, по просьбе Богов, бывших его врагами, раздробил на множество частей, и от этого появились в мире повсюду самоцветы да жемчуга, алмазы да лалы. Так была рада этому Богиня Чандика, что благодаря ее милости обрел он новое тело и ныне воплотился в образе Прабхасы, могучего и неотразимого для его врагов. А те, прежде могучие данавы Сунд и Упасунд родились в образе министров царевича Сарвадашаны и Бхайанкары, а асуры, которых прежде звали Хайагривой и Викатакшей, воплотились ныне в его министрах Стхирабуддхи и Махабуддхи, а другие стали тестями, свойственниками и министрами Сурйапрабхи, и все они не раз одолевали Индру и прочих Богов. Нынче сила ваша снова выросла, и, коли не уклонитесь вы с пути справедливости, достигните великого благополучия».
А к середине дня, пока наставлял асуров Кашйапа, пришли туда, ожидая жертвоприношения, дочери Дакши во главе с Адити, и все они были женами Кашйапы. И пока благословляли они Майа и прочих асуров и выполняли то, что поручил им на этот день супруг, прибыл туда повидать мудреца и сам Индра с локапалами, стерегущими восемь стран света. Поклонился Индра мудрецу, поклонился его женам, и приветствовали его Майа и прочие асуры. Обратился тогда Индра к Майа, гневно глядя на Сурйапрабху: «Это-то и есть тот юнец, который собирается стать верховным повелителем видйадхаров? Что ж довольствуется он такой малостью? Почему бы не замахнуться ему на мой трон?» Возразил ему на это Майа: «Тебе, повелитель Богов, верховный Бог Шива назначил быть Индрой, а ему — повелевать теми, кто живет в поднебесье».
Сердито рассмеялся Магхаван на эти слова Майа: «Наделенному столь счастливыми признаками трон повелителя видйадхаров — ничтожная награда». Сказал на это Майа: «Конечно, если этого трона достоин Шруташарман, тогда Сурйапрабхе надлежит стать Индрой!» Когда разозленный этими речами Майа поднялся Индра и замахнулся было ваджрой, мудрый Кашйапа предостерегающе и сердито хмыкнул. И тогда покраснели лица от гнева у Дити и всех прочих, и овладел ими гнев, и Индра, опасаясь подвергнуться проклятию великого мудрый, снова сел и опустил свое грозное оружие. И сидел понурив голову, а потом пал царь над Богами к стопам мудрого Кашйапы, отца Богов и асуров, окруженного женами, и, молитвенно сложив руки, стал упрашивать его: «Господин мой, пожаловал я Шруташарману верховную власть над видйадхарами, а нынче вот этот Сурйапрабха хочет у него ее похитить, а Майа ему в этом всячески помогает».
Сказал ему тогда Праджапати, с которым сидели Дити и Дану: «Тебе, Магхаван, любезен Шруташарман, а Шарве — Сурйапрабха. Хотя и не хотел я этого, но Шива еще раньше повелел Майу, что ему надлежит делать. Что ж ты жалуешься на Майа? В чем его вина? Идет он дорогой справедливости, мудр, и знающ, и почтителен к наставникам, а тебя пламя моего гнева могло бы обратить в пепел. Разве не знаешь ты, что не можешь ему противодействовать?»
Так говорил мудрец в присутствии своих жен, а Индра стоял все это время, понурив голову от стыда и страха. И сказала тогда Адити: «Каков же Шруташарман? Следовало бы привести его да показать нам». Тотчас же повелел Индра возничему своему Матали: «Немедля привести сюда Шруташармана, властителя видйадхаров». Когда же перед глазами жен Кашйапы предстали с поклонами Шруташарман и Сурйапрабха, спросили те мудрого супруга, кто кого превосходит красотой да счастливыми признаками. И ответил им Кашйапа: «Не сравниться Шруташарману даже с Прабхасой, министром Сурйапрабхи, куда уж ему до самого Сурйапрабхи? Наделен Сурйапрабха божественными знаками красоты и счастья, благодаря которым, если бы он захотел, даже трон Индры не трудно было ему получить». И все согласились с такой речью Кашйапы. Тогда назначил мудрец награду Майу, и Индра слышал, как сказал он: «Потому, сынок, что даже, когда Индра взмахнул ваджрой, остался ты невозмутим, тело твое не будет подвергнуто ни старости, ни смерти. И будет оно крепко, как ваджра!