Страницы одной биографии
Оно голубое. Лучше сказать — почти всегда голубое. С высоты птичьего полета город лежит внизу россыпью разноцветных зданий, словно пестрая морская галька.
Но с такой высоты он увидел Варну лишь через много лет, уже после войны, когда летел пассажиром на вертолете. Мало кто из его попутчиков, с любопытством глядевших в иллюминаторы на панораму веселого приморского города, мог предполагать, как давно началось знакомство с Варной у их соседа.
…Этот человек живет в нашем городе. Грузный, плотный, невысокий. Лицо смуглое, черные, слегка навыкате глаза. Только волосы седые на висках. А когда-то были черными, блестящими, как вороново крыло. И сам он был стройным, жилистым, подтянутым — один из лучших гимнастов на Черноморском флоте.
Он был летчиком. Не просто летчиком — морским летчиком. А это особая каста.
Самолет у него был необычный — летающая лодка. Когда тот стоял на воде, сейчас же возникала мысль: как это он не тонет, такой грузный? Казалось, никакая сила не способна не то что оторвать его от воды — просто сдвинуть с места. Но это было обманчивое впечатление.
У этого самолета были свои достоинства. Он, такой неуклюжий и грузный с виду, мог набирать немалую по тем временам высоту — более пяти километров. В его огромном фюзеляже, как в брюхе кита, вполне умещалось полсотни человек и уйма всяких грузов. В полые крылья, где находились дюралевые баки, можно было залить несколько тонн горючего — почти на сутки непрерывного полета.
Официально самолет именовался — морской разведчик дальнего действия, называли его еще летающей лодкой.
Рядом с этой махиной даже очень высокий летчик казался карликом. А герой нашего рассказа не мог похвастаться ростом. Когда принимал машину на заводе, директор, увидя его, недовольно поморщился: «Неужели не могли подобрать кого-нибудь повнушительней?»
Вот об этом самолете и о его хозяине — летчике Шаэне Леоновиче Агегьяне я и хочу рассказать. Не все, конечно. Кое-что.
Как начинается путь в небо? У всех по-разному. Но, судя по книгам и воспоминаниям, чаще всего так: сидит мальчик (или юноша) и смотрит в небо, где кувыркается серебристый самолет. И вдруг ему мучительно хочется тоже вот так подняться в небо и тоже вести самолет и т. д. и т. п. Наверное, так действительно бывает. Но у него вышло по-другому, иначе.
Над маленьким горным городком Ахалцихом у самой турецкой границы, где он родился, самолеты не летали. Не было здесь и аэроклуба. Городок прятался в горах, дома с земляными плоскими крышами-террасами спускались вниз к реке, которая несколькими километрами ниже вливалась в мутноватую Куру. За глиняными заборами пышно цвели яблони. Летом резные тени шелковиц лежали на пыльных улицах. Зимой синеватые струйки кизячного дыма поднимались к небу.
Жил, как многие его сверстники. Учился в школе, гонял в футбол, вечером бегал смотреть в клуб «Знак Зеро», увлекался гимнастикой. Со снимка тех лет смотрит невысокий подросток с широко расставленными темными глазами и сросшимися бровями. Он картинно напружил бицепсы, выпятил грудь — «руководитель школьного кружка гимнастов».
Вот тут в клубе он и увидел однажды парня из их города в роскошной форме морского летчика. Это было все равно, что увидеть в наше время где-нибудь в фойе космонавта в высотном костюме, И судьба его решилась мгновенно и безоговорочно — только морская авиация!
Ох и намыкался он с этой своей мечтой!