Логика выбора места была проста. Мне требовалось максимально снизить влияние внешних тревожащих факторов. Включая потенциальное наблюдение. Не дать повлиять на критичность моего мышления.
Здесь же, я был под защитой бетонных стен. Ближайшие люди — на уровне земли. По периметру стройки расположены видеокамеры и сигнализация. Да и затруднительно следить за человеком внутри абсолютно пустого и не так давно построенного здания. Здесь даже скрыться негде. Визуальный контакт тоже исключён — я держался подальше от окон и не собирался соваться на крышу.
Прогоняя всё это в голове и стараясь успокоить собственные мысли, я добрался до двадцать четвёртого этажа. Свернув в коридор, добрался до небольшого зала, из которого вели четыре выхода. Видимо, что-то вроде внутреннего холла. Когда здание будет достроено и заработают лифты, основной поток людей пойдёт именно через него. А расположенная за углом поворота лестница останется запасным вариантом.
Остановившись, перевёл дыхание. Мышцы гудели от физической нагрузки. Что радовало — чем больше сейчас отвлекающих факторов у организма, тем лучше. Конечно, если они не способны спровоцировать тебя, заставив мыслить в ненужном направлении.
Я отпил кофе. Прошёлся взглядом по бетонным стенам. Никаких посторонних звуков. Только моё собственное дыхание. Хорошо.
Погружаться в фокус я не стал. Сейчас подобный риск был ни к чему. Не стоило делать этого и раньше, во время поездки. Но тогда это был срыв. Спонтанное действие, обусловленное неверным анализом ситуации.
Правда, выводы я сделал за счёт этого верные. Мне нужно изменить стратегию. Полностью. Сбить врагов с толку. Заставить перестраивать их собственные планы.
И главное — требовалось выстроить понятную для самого себя схему действий. Которая окажется эффективной с моей точки зрения. Только так было возможно потушить шторм, бушующий на просторах моего сознания.
Я зашагал по пустому залу, двигаясь от стены к стене. Сначала движения были резкими, почти хаотичными — как те мысли, что всё ещё кружились в голове. Но с каждым шагом я чувствовал, как внутреннее напряжение понемногу стихает, а шаги становятся более плавным.
Причина была проста — внутри моего разума уже начинала выстраиваться новая стратегия. Которая должна была поставить ситуацию с ног на голову. Заставить противника перестроиться и действовать в ситуации крайней неопределённости.
Публичность. Предыдущие операции всегда основывалась на том, что я скрывался в тени. Да, корейская элита знала, кто такой Мин Джин Хо. Обойтись без этого было никак нельзя. Но, если бы не атака Джи Сок Ра с трансляцией моего лица на ТВ, обычные граждане не подозревали бы о моём существовании. Собственно, большинство из них и так давно забыли моё лицо. Оно осталось в памяти единиц. Большинство из которых каким-то образом были связаны с одной из сторон тогдашнего скандала. Как тот полицейский, что посоветовал своему сонбэ для начала проверить мою личность, а уже потом действовать.
Остановившись около одной из стен, я сделал ещё один глоток кофе, который уже начал остывать.
В голове кружились теории и схемы. Безусловно, ресурсы у меня имелись. Более того — по меркам Кореи, они были весьма серьёзным. Основной вопрос был в том, как именно их использовать? В каком ключе вывести себя на публику? Какой создать контекст? И каким образом подвести ситуацию к атаке на противника?
Я ходил от одного конца помещения к другому, укладывая в голове компоненты новой стратегии и набрасывая планы. Создавал новый цельный проект, который опирался на новые данные и позволял действовать с их учётом. Более того — обеспечивал шансы на победу. Пусть не железобетонные, но тем не менее, вполне неплохие.
Наконец, я снова замер на месте. Встряхнул стаканчик кофе, проверяя, не осталось ли там напитка. Убедившись, что тот пуст, досадливо поморщился. Потом посмотрел на часы. До встречи с Вэньмин Таном оставалось всего пять минут. Я на неё однозначно опоздаю. Зато теперь в моей голове имелся новый план. А разум успокоился, прекратив корчиться в ментальных конвульсиях.
Продолжая держать в руках бумажный стаканчик, я двинулся к лестнице, начав спуск вниз. Неконтролируемого хаоса и ощущения ментальной боли, что терзали, когда я сюда пришёл, больше не ощущалось. Сейчас я был стабилен. Удивительно, насколько быстро вышло вернуться в норму. Хотя значительную роль сыграло отсутствие нейро-имплантов. Они значительно усилили бы мои возможности, но вместе с тем сделали бы куда уязвимее в такой ситуации. Конечно, с ними можно было бы моментально выстроить тот самый эмоциональный барьер, изолировав себя от части напряжения. Да и другие способы компенсации тоже имелись. Тем не менее, уровень давления на разум был бы намного выше. Как и риск сойти с ума.
