Соня думала, что ей придется ждать назначенного времени, чтобы рядом с кафе произошло что-то интересное, но где-то через полчаса на набережной появились три неожиданные персоны. Сначала Соню привлекла красная жилетка, которую она видела в Москве при не самых приятных обстоятельствах. Сомнений не было – по мостовой шла маленькая детективка Мириам. Та самая, которая должна была подорваться вместе с братом, но каким-то чудом выжила. С ней были двое полицейских: один постарше, со смешными подростковыми усами, второй – молодой и услужливый, явно совсем младший чин. Полицейского с усами Соня узнала. Это был дядя детективки. Соня его вживую раньше не видела, но брат во время расследования в Москве показывал его фотографии.
Дальше стало интереснее. Детективка и ее спутники осмотрели будущее место преступления, расположились в удобных местах. Молодой полицейский сел на скамейку рядом с Соней. Он все время держал руку на кобуре и вообще заметно нервничал. Соня предположила, что его впервые отправили на задержание.
Было примерно понятно, каким образом детективка вышла на человека с топором – как и Соня, получила доступ к телефону кого-то из братьев. Соня была рада ее появлению. С Мишкой шансы у полиции поймать человека с топором заметно возрастали.
Но убийца не появился. И детективка даже не дождалась нужного времени. У усатого вдруг зазвонил телефон, он что-то послушал, потом замахал руками. Детективка бросилась к нему. Они о чем-то поговорили, потом все сели в машину и уехали. Соня думала поехать следом, потом решила остаться, подождать нужного времени. Только зашла в кофейню, подключилась к вайфаю и проверила чат – там ничего не изменилось. Странно. Нужно было придумывать какой-то новый план, потому что человек с топором, видимо, оказался слишком умен.
Верины друзья пришли в палату около восьми. Их было двое. Один среднего роста, с выбритым виском, представился Лешей, а второй, почти с Мишку, с усталым и очень подвижным лицом, назвался странным именем Станка.
– Мириам, – представилась Мишка. Друзья сели у койки и стали тихо обсуждать какое-то феминистское мероприятие. Мишку они ни о чем не расспрашивали, и она тихонько вышла в коридор. Вера все равно спала, а Мишке было необходимо поговорить с дядей Сережей и хотя бы узнать результаты разноса от начальства. Кроме того, конечно, нужно было планировать дальнейшее расследование.
Дядя Сережа сидел на скамье и разговаривал с федералом, который, кажется, до сих пор не успокоился. По крайней мере Алексей, которого, видимо в наказание, пересадили на одинокий стул, выглядел еще испуганнее, чем раньше.
– Мириам Борисовна. – Федерал подвинулся, чтобы Мишка могла сесть между ним и дядей. – Давайте к нам, поделитесь размышлениями.
– Только… – хотел что-то сказать дядя Сережа, но федерал его перебил.
– Давайте я. – Он положил Мишке руку на плечо. – Операция по задержанию убийцы сегодня была провальная. Вина за это лежит не на вас, а на питерском начальстве, которое утаило от участников следственной группы критически важную информацию. С этим начальством сейчас разговаривают, и разговор серьезный, достаточно неприятный. Но до тех пор, пока этот разговор не закончится, Сергей Георгиевич от расследования отстранен.
Мишка хотела заспорить, но федерал поднял руку.
– Я не закончил, – сказал он. – Вы от расследования не отстраняетесь, потому что вы работаете под нашей протекцией. В ваше распоряжение поступает Алексей Борисович.
Федерал указал на полицейского, тот быстро кивнул.
– У него сохраняется доступ к делу, к ресурсам питерского следствия, – сказал федерал, – плюс наши ресурсы. На поддержку питерской команды, кроме Алексея Борисовича, не рассчитывайте – ее не будет.
Мишка кивнула. Дядю можно было привлечь к расследованию и частным образом.
Федерал как будто прочитал ее мысли:
– Сергей Георгиевич в расследовании не участвует. С этого момента. Сейчас он отправится перебирать в офисе бумажки. Это окончательное решение и необходимый компромисс.
– Я не смогу выполнять свою работу без помощи Сергея Георгиевича, – сказала Мишка.
– И все же придется, – сказал федерал. – Сергей Георгиевич?
– Мишка, – сказал дядя Сережа, – мне правда лучше устраниться. И в карьерном плане, и в том смысле, что мое участие сейчас может тебе только помешать. Понимаешь?
Мишка кивнула.
– Славненько, – сказал федерал. – Тогда давайте дальше по делу. Сергей Георгиевич, до свидания.
Дядя поднялся, пожал федералу руку. Мишку, вставшую вместе с ним, обнял, похлопал по спине.
– Давай, – сказал он. – Удачи. С Богом.
Мишка кивнула, села обратно. Постаралась настроиться на рабочий лад.
