Хотя стрелки часов приближались к полуночи, зал был набит холеной публикой. Слим договорился с мэтром, и для них подготовили столик на двоих в центре зала. Его заняли Крис и Шарлотта. Слим остался стоять у входа, а Чико пристроился у стойки и следил за кабинами телефонов-автоматов, находящихся в конце зала.
Обслуживающий персонал не обращал внимания на милую парочку. Никому и в голову не могло придти, что Дэйтлон-банкир может посетить солидное заведение в центре города, да еще в тот вечер, когда в этом заведении окружной прокурор отмечает четвертьвековой юбилей своей свадьбы.
Их столики находились на близком расстоянии, но никто из них не любил оглядываться по сторонам.
– Мне кажется, мистер Дэйтлон…
– Называй меня Крис, Шерри.
– Что вы за имя придумали: «Шерри»?
– Тебе не нравится?
– Не знаю. Но это лучше, чем Лотта. Я хотела сказать вам, что в этом зале бриллиантов больше, чем денег в банке. Здесь нет охраны. Почему вы выбрали банки?
– Эта система мне хорошо знакома. Я беру деньги и никого не задеваю. Грабить живых людей – это наносить прямой ущерб, трепать людям нервы и наживать себе врагов. У меня нет врагов среди этих людей. – Дэйтлон провел рукой по залу. – Я им не делал зла и они не станут отвечать мне злом.
– Не уверена. За вашу голову Федеральное правительство предлагает двадцать тысяч долларов. Десятилетний заработок медсестры. Не правда ли соблазнительно?
Девушка улыбнулась. Крис видел доброту в этой улыбке. Она изменилась с момента знакомства, и Дэйтлон был уверен, что она уже не побежит его закладывать за двадцать тысяч долларов.
– Вы выбрали Филла, потому что у него есть деньги?
– Конечно. Этого только он не понимает. Деньги я люблю больше всего на свете. Мужчины, которые мне нравятся, молоды, а у молодых нет денег. Деньги есть у стариков. Жизнь несправедлива в этом смысле. Вот так и калечатся молодые жизни красивых женщин.
– Если они задумывают ускорить смерть своего супруга.
– Таких случаев немало, я люблю читать криминальную хронику, но я бы не пошла на такое мероприятие. Я глупа! Но и умные женщины сыплются на этих делах. Так что мне придется действовать по другому. Филл уже стал моим подданным. Он похож на плюшевого медвежонка. Я выйду за него замуж и останусь свободной. Я хочу сама выбирать себе партнеров… Скажите, Крис, женщина, которую я видела в вашем убежище, она ваша подруга?
– Нечто большее. Но оговорюсь сразу. С женщинами мне не везло. Я так и не получил того, чего хотел.
– Но если вы не связаны по рукам и ногам, то у вас еще есть время и есть выбор.
– Лучше поговорим о тебе. Чего ты хочешь?
Шарлотта обвела взглядом зал и указала пальцем на женщину, сидевшую в кругу гостей через три столика от них.
– Я хочу такое же ожерелье из натурального крупного жемчуга.
Дэйтлон повернул голову и взглянул на пожилую даму, ожерелье и ее соседей. За столом сидело восемь человек. Судя по тому, что свечи догорели до середины, они сидели не меньше двух часов. Рядом с дамой в жемчужном ожерелье сидел Уильям Фостер, окружной прокурор. По правую руку от него сидел комиссар полиции Легерт. Он выпил лишку и его толстая физиономия напоминала помидор.
К столу Дэйтлона подошел мэтр и подал меню.
Слим отошел от дверей и, подойдя к стойке, что-то шепнул Чико на ухо. Тот оглянулся и взглянул на столик, где сидел прокурор. Через секунду Чико не было на месте, а Слим направился к телефонной будке.
Чико зашел в служебное помещение и, осмотревшись по сторонам, заметил комнату с табличкой «курительная». Он заглянул вовнутрь и увидел пятерых официантов в красных пиджаках с аксельбантами и в белых перчатках. Ребята хохотали над какой-то смешной историей. Чико выбрал среди них парня своей комплекции и поманил его пальцем.
Тот пожал плечами и вышел.
– В зале полно официантов, молодой человек.
– Но метрдотель рекомендовал мне тебя.
– О чем вы говорите? Мэтр никого из нас в лицо не знает.
– Ты мне надоел, приятель!
Чико вынул из-за пояса пистолет и сунул ствол в приоткрытый рот официанта.
– Веди меня в вашу раздевалку и быстро.
Перепуганный парень попятился назад. Чико схватил его за рукав, перевернул и, приставив оружие к затылку, толкнул вперед.
В пустом помещении, где никого не было, официант сдал налетчику свою униформу, после чего получил рукояткой по затылку и улегся на полу на длительный перерыв.
Через минуту в зале появился новый официант и, увидев, что возле столика Криса стоит метрдотель, поспешил присоединиться к нему.
Кэрр измученный и усталый от беготни, как всегда крепко спал после того, как стрелки перевалили за одиннадцать вечера. Ему вновь пришлось вставать на телефонный звонок, он вновь крыл всех и вся самыми грязными словами, ни одно из которых ни одна газета не решилась бы напечатать.
Когда он снял трубку, то высказался по поводу звонка не в лучших выражениях, а звонивший все покорно выслушал. Это был определенный ритуал, который приходилось выдерживать всем, кто имел дело с Кэрром после одиннадцати вечера.
– Майкл! Все сказал? Теперь надевай штаны, бери лейку и за работу. Пахнет сенсацией!
– Это ты, Слим?
– Да.
