Среда пополнила список «пустых» дней. Мы с Глебом прилежно дефилировали по списку, и я уже ни на что особо надеялась. Эта затея с самого начала была провальной, а уж в таком исполнении… Разве что в «Мальдивах» надежда слегка встрепенулась. Жаклин там не было, но из трескотни любительниц спорта и сплетен выяснилось, что она уже вернулась и даже пообещала кому-то оставить билеты на завтрашний благотворительный концерт с участием Богдана и других звёзд эстрады в «Диско».
Я заинтересовалась: концерт благотворительный, а Жаклин — председатель какого-то благотворительного фонда, значит, вполне может там присутствовать. Участие Богдана повышает шансы. Неплохо было бы и мне туда попасть, вот только как? «Диско» в списках «зон охоты» нет.
Вечерний «обход» «Феерии» и «Мегаполиса» тоже ничего не дал. А вот четверг обещал быть более продуктивным, если, конечно, получится попасть в «Диско». Засыпая, я обдумывала варианты беседы с Глебом. Как же убедить его изменить траекторию наших передвижений? В итоге решила, что это будет не особенно сложно: парень упрям, но довольно прост в обращении. Это не Войнич, так что как-нибудь выкручусь.
Новый день начался с неожиданности. Не то чтобы неприятной, но в мои планы абсолютно не вписывающейся — вместо рыжего соседа за мной приехал Алан.
— Привет. Готова? — у него даже улыбнуться получилось почти приветливо, а вот я не смогла скрыть лёгкого разочарования.
— Привет, ты? А где Глеб?
— Занят. У нас небольшая рокировка — сегодня тебя сопровождаю я. Вижу, ты не рада, даже не заигрываешь, как обычно.
Зато спортсмен сегодня, похоже, в ударе — шутить пытается. С чего бы?
— Хватит с тебя, и так вон без меня уже не можешь. Улыбаться начал, скоро совсем голову потеряешь. С Глебом специально поменялся? Разве ты не должен быть с сестрой?
Алан невесело усмехнулся:
— Она меня уже видеть не может.
— Я, кажется, знаю почему — перестарался с заботой и ответственностью? С тобой такое случается. Проходи, сейчас закончу волосы выпрямлять, и поедем.
Алан расположился на диване и рассеянно наблюдал за моими манипуляциями, думая о чём-то своём.
— Что такой мрачный? Ника снова играет в блондинку?
Он неохотно кивнул.
— Играла в воскресенье и в понедельник. Во вторник её пришлось снова запереть, а вчера мы пришли к некоторому пониманию и соглашению — она обещала больше не рисковать.
— А взамен потребовала, чтобы ты оставил её в покое?
— Да.
— И ты ей поверил?
— Не совсем, — выражение лица спортсмена было странным.
— Войнич! — я отложила в сторону «утюжки» и повернулась к нему, переполняемая праведным гневом: — Только не говори, что Глеба ты оправил следить за Никой? Ладно, за мной, хотя и это было отвратительно, но следить за родной сестрой! Ты ведь не опустился до такого?
Взгляд серых глаз стал холодным, тон категоричным:
— Исключительно ради её безопасности! Что в этом плохого?
— А она в курсе?
— Нет.
— Вот и ответ на твой вопрос. Она не простит, если узнает.
— Не важно! Пусть лучше ненавидит меня, но живёт, чем…, - он порывисто поднялся и направился в прихожую. — Заканчивай быстрее! Жду в машине!
По дороге в «Наоми» мы молчали. В воздухе чувствовалось напряжение. Оно сгущалось, как тучи перед грозой, а я была слишком возмущена, чтобы задействовать какой-нибудь безобидный «громоотвод». Алан заговорил первым:
— Считаешь меня диктатором? — сухо уточнил он.
— Эгоистом: делаешь то, что считаешь нужным и плевать тебе на мнение и чувства окружающих.
— Я её защищаю!
— Ты ей жить не даёшь! Каждый шаг контролируешь. А когда она с парнем встречается, тоже поблизости в окопе сидишь?
— Нет, просто выясняю всю подноготную кавалера. Что? Вдруг он наркоман или…
— Маньяк, — услужливо подсказала я.
— Да, маньяк! Тебе ли не знать, что им может оказаться любой с виду нормальный человек.
— И всё-таки, это слишком. Ты не сможешь прожить за неё жизнь и уберечь от каждой проблемы.
Алан избегал моего взгляда и смотрел исключительно на дорогу.
