– Я понял тебя, Игорь. Перебрасывай. А я тебе еще один номер дам. Для контроля. Мамонт может и туда позвонить откуда угодно.
Манап Мансурович поймал взгляд Одуванчикова, закрыл ладонью микрофон и продиктовал номер матери. Капитан повторил его вслух, после чего нажал кнопку отбоя и принял из руки подполковника юстиции его аппарат.
– Юрий Юрьевич! Еще раз приветствую. Что там у тебя?
– Прибыли на место, перекрыли все возможные пути бегства. Пока нас встретила только пожилая женщина, представилась матерью Магомедгаджи Мансуровича и Манапа Мансуровича Омахановых. Постановление на проведение обыска читать не стала, сославшись на то, что плохо по-русски понимает. Сразу стала звонить подполковнику Омаханову. Так!.. А это что? Товарищ капитан, тут полная коробка с бананами из Эквадора.
– А откуда же им еще быть? – спросил капитан Одуванчиков. – Бананы нам в основном эта самая страна и поставляет. Банановая, не в обиду им будет сказано, республика.
– Ты же сам предупреждал меня про бананы, командир.
– Да, предупреждал. Так спроси женщину, откуда и для кого это.
– Она говорит, что сына из тюрьмы ждала, специально к его приезду купила. Очень уж Магомедгаджи бананы любит. А он и не приехал. Куплены они, судя по всему, давно, уже сильно почернели.
– Самые вкусные – с почерневшей кожурой. Мамонт именно такие и любит, – заметил Манап Мансурович.
– Юрий Юрьевич, я тебя повторно попрошу аккуратно себя вести при обыске. Бойцов предупреди на сей счет. Пусть твой страшный сержант сам за этим проследит. Солдаты его послушаются.
– Не переживай, командир. Все будет тип-топ. Мы же вежливые люди. Вот тут хозяйка дома желает с сыном поговорить. Передаю трубку.
Капитан тоже передал аппарат подполковнику, а сам вытащил из нагрудного кармана планшетник и вывел на экран карту какого-то городского района.
– Да, мама, слушаю тебя. – Подполковник от волнения забыл выключить громкоговоритель.
– Сынок, что опять твой непутевый брат натворил? С кем-то подрался? Или ограбил кого-то? Раньше его только полиция и искала, а теперь уже армия! Я старая-старая, но не настолько же дура, чтобы полицию от армии не отличить. Ты можешь меня успокоить?
– Нет, мама, не могу. Тебе лучше знать правду.
– Если ты думаешь, что лучше, то говори.
– Магомедгаджи создал банду и стал ее эмиром. Он убивает ни в чем неповинных, совершенно посторонних людей. Просто за то, что они на свет родились.
– Манап, ты лжешь на брата. Он всегда заступался за тех, кто слабее!
– Все со временем меняется, мама. Сегодня он при мне сначала ударил в лицо кулаком женщину твоего возраста только за то, что она везла внукам коробку бананов, которую Магомедгаджи хотел забрать себе. Потом он вообще эту женщину застрелил. Следом за ней и многих пассажиров автобуса, который шел в наше село.
– Так это он убил дедушку Абдуллу с нашей улицы, которого все дети любили! У него для них всегда был полный карман конфет! Он внучку на плечи сажал и по улице шел. А она детям конфеты разбрасывала. Как Магомедгаджи мог? Пусть будет проклят тот день, когда я его родила! Пусть будет проклято чрево мое! – запричитала старая Айша.
Манап Мансурович не стал говорить матери, что она проклинает рождение не только Магомедгаджи, но и его тоже. Он просто отключился от разговора, знал характер матери. Она еще как минимум полчаса будет голосить и всех проклинать.
– Вот, смотрите сюда, товарищ подполковник, – Василий Николаевич положил планшетник на конторку перед подполковником Омахановым. – Наши два телефона не доехали до Махачкалы. Сейчас они находятся в Каспийске, в этом вот трехподъездном пятиэтажном жилом доме. К сожалению, капитан Исмаэлян не в состоянии подсказать необходимый нам этаж, как и подъезд. Следовательно, необходимо соображать, искать варианты действий.
– А где их машина высадила? – спросил Омаханов. – Может, в поле зрения камер видеонаблюдения или хотя бы видеофиксации?
– А чем вторые хуже первых? – поинтересовался капитан просто для расширения кругозора.
– Обычно камеры видеофиксации концентрируются на номере машины, а лиц на них бывает не видно. Даже того человека, который находится за рулем. Простые камеры видеонаблюдения, как правило, плохо различают номера, но на них лучше бывает видно лица.
– Ладно, но наш капитан Исмаэлян сказал, что подвозил бандитов к дому, видимо, кто-то из их знакомых. Этот человек доставил их прямо до подъезда, где они и вышли вместе.
– Мы пока будем придерживаться версии, что их трое, потому что после засады спаслись именно трое бандитов. Они могли заранее договориться, где встречаются, если что-то случится. Мой брат – человек предусмотрительный. Он вполне мог предвидеть засаду.
– И угодить в нее, – заявил капитан Одуванчиков и улыбнулся.
Он имел все основания считать себя человеком, очень даже неплохо разбирающимся в засадах.
– Не мог же он каждый куст стороной обходить, – возразил подполковник юстиции.
