Но отъезд Кюмметца был преждевременным, ибо в середине декабря Дениц, который со всеми остальными руководителями Германии пытались найти хоть какие-то средства для преодоления уже совершенно очевидных военных неудач 1943 года, приведших к резкому изменению в соотношении в боевой технике, которое сложилось на Восточном фронте, решился наконец, на надводную акцию, чтобы ослабить поток стратегических грузов, идущих на север России.
В Рождество 1943 года Бей получил приказ Шнеевинда вывести "Шарнхорст" в море и действовать против конвоя JW55В, который находился в районе Медвежьего острова.
От: Адмирала северных вод
Кому: Боевой группе Адмирал, Полярный берег
Немедленно
Совершенно секретно
"Остфронт" 17 00/ 25 / 12
(Сигнал о начале операции под кодовым наименованием "Остфронт")
На следующий день в 19. 00 "Шарнхорст" вышел в плавание.
Основой этого решения, как считается, были данные воздушной разведки. Самолет метеоразведки Люфтваффе обнаружил конвой из двадцати транспортов со сравнительно слабым эскортом - три легких крейсера и эсминцы. Наблюдатели Люфтваффе также докладывали своему командованию, что в море сравнительно неподалеку от конвоя находилось ещё одно соединение надводных кораблей, однако плохая видимость не позволила сделать однозначные выводы о её численности, составе и курсе. В штабе Северного командования Люфтваффе решили не направлять неточное и неполное сообщение в штаб флота, а провести доразведку; в результате сообщение запоздало на два дня.
Но весьма натянутые отношения между ведомствами авиации и флота были не единственной и, возможно, не главной причиной последующих событий.
Приказ от командира (подлодок): расшифровать немедленно.
Только для лодок в море.
Нашей боевой группе, состоящей из "Шарнхорста" и 5 новых эсминцев покинуть Лопхавет 23 00/ 25 с намерением атаки на конвой 09 00/ 26
...Более существенным представляется то, что контр-адмирал Бей так рвался в бой, что не продумал как следует тактику операции. По идее, он просто не мог не знать, что британская эскадра тяжелых кораблей обязательно находится где-то неподалеку конвоя; такая тактика "дальнего прикрытия" использовалась при проводке практически всех конвоев. Не раз, не два, а более десяти раз англичане расставляли одну и ту же ловушку: выманивали немецкие корабли и пытались отрезать им путь возвращения на базу. Однажды в такую ловушку едва не угодил Тирпиц - правда, "приманка", конвой PQ-17, очень сильно пострадала. Есть такой звериный шик - съесть приманку и уйти от охотников.
Кроме того, слабость действий германских эсминцев, которая обнаружилась уже давно (по военным меркам), в крейсерском сражении "Хиппера" и "Лютцова", ничуть не была преодолена. Командиры и штурманы эсминцев (а в Первую мировую они были лучшими в Кригсмарине; кстати, сам Бей - выдвиженец из командиров эсминцев) проявляли недопустимую нерасторопность и совершали многочисленные и навигационные, и тактические ошибки.
Здесь речь идет не о перестраховке и не об оглядке на приказы командования (кстати, приказ Деница был однозначным: "Атакуйте и уничтожьте конвой, чтобы помочь вашим товарищам, сражающимся на Восточном фронте".). Командир не имел права не понимать, что британская (и советская) разведки бдительно следят за последним боеготовным немецким линкором. Не мог не помнить, что радарные системы британских кораблей эффективнее, а их переговоры не поддаются быстрой дешифровке. Он был обязан помнить о постоянной британской тактике "ловушки" и учитывать её в своих действиях; то, что сведений о местонахождении британских сил дальнего прикрытия нет, не означало, что этих сил нет и тем более что они будут бездействовать...
Личный фактор
Контр-адмирал Бей был храбрым и решительным человеком (что, несомненно, общая характеристика для командиров эсминцев). Долгое вынужденное безделье, стояние в фиордах на приколе со сравнительно редкими выходами в море - как правило, для обеспечения прохождения собственных рудовозов, - вызывало у него нечто вроде отчаяния. Сражались и гибли боевые товарищи, иногда друзья, иногда соперники из других родов вооруженных сил; все большими и большими становились потери и военные трудности собственной страны, а боевая мощь, вверенная в его руки, оставалась нереализованной! Он был настроен на бой, на победу - в принципе, в условиях любого риска.
Срыв операции и отвод корабля в ситуации реальной опасности ему бы командование простило - но простил бы это он сам себе?
...перехваты радиосообщений "Ультра" относительно его предполагаемых передвижений и времени отплытия достигли британское Адмиралтейство буквально через несколько часов, и эскадра дальнего прикрытия (линкор, крейсер и пять эсминцев) под командованием адмирала Брюса Фрезера на линкоре "Дьюк оф Йорк" пошла на перехват. Рано утром 26 декабря она уже находилась между "Шарнхорстом" и Альтен фьордом.
