Милицию вызвал сосед, живший через несколько домов. Собрался рано утром в город, выкатил свое авто на узкую дачную улочку, но проехать не смог: уперся в джип, брошенный посреди улицы и загородивший проезд. Он посигналил – никто не явился. Тогда он вошел в чужой двор, выкликая хозяев, поднялся на крыльцо… Так и было обнаружено место очередной бойни, учиненной маньяком.
Джип принадлежал известному детскому писателю, объявленному в розыск как раз в связи с делом Читатило. Труп самого писателя нашли на веранде: кто-то напихал ему в рот страниц из его же книги, буквально вбил в горло бумажные комья. Умер он от удушья. Стол, как обычно, украшала людоедская инсталляция.
Пол на веранде был залит кровью.
Хозяин дачи, пьяный в лоскуты, спал на земле в огороде, сжимая в одной руке старинный штык, в другой – окровавленную детскую майку. Вокруг спящего были разбросаны человеческие останки, которые, как выяснят позже судмедэксперты, принадлежали его сыну. Экспертиза также покажет, что кровь на веранде осталась от его жены, однако труп несчастной женщины так и не будет обнаружен.
Когда пьяного привели в чувство, выяснилось, что тот невменяем. Не знает, где он и кто он. Не может дать никаких вразумительных ответов. Его госпитализировали в одну из городских психиатрических больниц на отделение судебно-психиатрической экспертизы. Впрочем, картина произошедшего в целом была ясна. Этот человек на пару с писателем убил собственного сына, тело они распотрошили, приготовили блюдо, следуя рецепту из книжки. Потом что-то не поделили, в результате хозяин дачи прикончил заодно и гостя. Оставалось неясным, кто же из них все-таки был настоящим Читатило, а кто – помощником. А также – какая судьба постигла жену хозяина…
В любом случае следствие ожидала интересная работа, в конце которой светили новые звания и разнообразные поощрения.
Некто в потертом спортивном костюме и с перевязанной рукой шел вдоль шоссе, удаляясь и удаляясь от города. Мимо проносились фуры и легковушки, однако путник не рисковал пока голосовать.
Половую принадлежность этого человека определить – вот так, с ходу, – было затруднительно. По виду – крепкая молодая женщина с мужским типом фигуры и мужской манерой двигаться… Но, может, и – красавчик-юноша, стройный, женственный, изящный.
Хотя так ли важен его (ее) пол? Куда важнее другое. Столько прекрасных детских книг ждали своего Читателя и нуждались в нем!
Вдобавок рецепты из «Поваренной книги людоеда» были реализованы далеко не все. Мало того, в огромном числе городов люди вообще не видели ни одного реализованного рецепта…
Шоссе вело к этим городам, счастливым в своем неведении.
#заброшенный_дом_в_глухой_деревне
#смертельное_реалити_шоу
#экстрасенсы_против_маньяков
Ваша честь! Меня зовут Григорьева Евгения. Вы являетесь судьей по делу № 2-165/2023 г. По моему делу.
Надеюсь, письмо попадет в руки к Вам, а не к кому-то из канцелярии.
Думаю, Вы понимаете, почему я пишу. За последние полгода в прессе меня называли по-разному: соучастница бойни, сумасшедшая, лгунья и прочее. Я общалась с дюжиной газетчиков в попытке донести правду, но каждый раз слова перевирались, и то, кем я представала в итоге, пугало меня саму.
Ваша честь, от Вашего решения зависит моя судьба, а также судьба самого близкого мне человека. Потому я хочу рассказать Вам все о резне, каждую мелочь, чтобы развеять тот ореол демонизма и помешательства, что на меня навесили.
В тот день, двадцатого февраля, я пришла в лавку Лизы, моей лучшей подруги, пропустив открытие. За час до того меня выгнали с работы, и я была не в лучшем настроении. Не из-за увольнения – оно было третьим за прошедший год, – из-за Полины. Накануне я заметила новый синяк на ее спине. Муж тетки, к которой ее отправила опека, снова поднял руку. Разговоры с ним привели лишь к тому, что он запретил мне видеться с шестилетней сестрой – единственным близким человеком, что у меня остался. Мать, разумеется, не была идеальным родителем, но при всем ее безразличии она ни разу нас не ударила. Я должна была отсудить Полину у тетки, но в органах опеки мне беспрестанно твердили: безработным девятнадцатилетним девчонкам детей не отдают.
Стены крохотной лавки трещали по швам от ветра и наплыва посетителей. Я и представить не могла, что затея Лизы вызовет в нашем северном городке ажиотаж. Разумеется, я завидовала подруге. Лиза открыла свое дело, а я по-прежнему жила в старой прокуренной квартире, потеряла младшую сестру и вдобавок снова лишилась работы.
– Бог мой, не думала, что ты придешь, – сказала Лиза и повернулась к толпе: – Народ, это Женя – моя лучшая подруга и личный экстрасенс. Ее дьявольская интуиция выручала меня много раз.
Покупатели навострили уши. Несколько человек отделились и подошли ко мне.
– Можно записаться к вам на прием?..
– Вы общаетесь с мертвыми?..
– Как насчет приворота?..
