— Восемьдесят три, — не поднимая глаз, ответил молодой боярин и вспомнил лица своих дружинников. За мгновение они как бы прошли мимо его мысленного взора.
— Так вот, этим восьмидесяти трем пути назад нет, ты ведь это знаешь. Кто пошел в викинги, кто выбрал этот путь — тому нет возврата в бонды.
— Это я понимаю…
— Эти люди доверили тебе, хевдинг, свою судьбу. Это ты решаешь, как им жить дальше! А легко ли всю жизнь мотаться по морям? Или жить стариком в казарме? Может, все-таки лучше иметь свой дом, семью, и лишь в случае необходимости, когда в этом будет нужда, являться в Руан по зову своего герцога!
— Я перед походом сюда, в Нормандию, два года на паре кораблей ходил по русским рекам, продавал, покупал, в общем, торговал! Было очень трудно…. Я считаю, что постоянно так жить очень тяжело, не пожелаешь никому, даже врагу!
— Ну вот, все ты и сам понимаешь, — удовлетворенно хмыкнул герцог, помешивая раскаленные угли длинной кочергой.
— А эта страна тебе нравится? — Роберт неожиданно в упор посмотрел на молодого хевдинга.
— Как она может не нравиться? — прямо ответил Ингмар. — Здесь благословенный край. Жаркое лето, теплые зимы. Фрукты, виноград…
— Красивые женщины…
— Ну, наши тоже хороши.
— Неплохие у нас женщины, Ингмар, — это надо признать. Наши — светлые и тихие, как северное сияние! — было видно, как блеснули глаза Роберта. — А эти — огонь! Жгучий огонь!
Хевдинг усмехнулся. Он вспомнил незнакомку, которая так ловко обманула его у реки. Она действительно была красавица. Жаль только, что девушке удалось сбежать.
— Жениться я все-таки не собираюсь, Роберт, — после длинной паузы ответил герцогу Ингмар. — Сейчас я свободен, делаю что хочу, а если и погибну в бою — моя смерть никому не причинит горя.
Герцог резко встал и подошел к окну. Небо в этот вечер выдалось на редкость ясное. Над темными черепичными крышами замка сияли знакомые созвездия, а небо пересекала светлая полоса млечного пути. Где-то вдали, на горизонте поблескивали огоньки селений.
— Ты, наверное, считаешь, что я делаю только то, что желаю?
Ингмар хотел, было возразить, но герцог повернулся и жестом остановил его.
— Ты полагаешь, что власть и деньги нам даны богом для удовлетворения своих личных желаний?
И опять Роберт не дал Ингмару ответить.
— Нет, брат, мы голова и воля нашего народа. Знаешь, как эти христианские священники называют себя? Пастыри! А люди — паства, стадо, которое надо пасти! Ты привез с собой стадо, Ингмар. Но они — наш народ. Их надо устроить на новом месте, обеспечить им хорошую жизнь и пропитание. И помочь найти немного счастья…
Герцог прервался. Было видно, что его широкое лицо, и без того красноватое от природы, разгорелось от возбуждения еще больше.
— Я не брошу эту страну, Ингмар. Мне тоже пришлось жениться не по своему выбору, а по здравому смыслу! Ради процветания Нормандии! Этот край дан нам Одином и нашими дедами потому, что мы — лучшие воины, чем эти франки. Мы смелее, сильнее, предприимчивей. Мы пришли из холодной страны, чтобы создать здесь рай для наших внуков. И я буду зубами держаться за каждый клочок Нормандии! Думаешь, король женится по любви?
— Я же не король!
— Но ты будешь нормандским графом, хевдинг. Это тоже ко многому обязывает. Например, сделать жизнь твоих дружинников зажиточной и счастливой. Как граф Мелана, ты будешь иметь возможность помочь каждому дружиннику построить свой дом, завести семью. Неужели нам не понадобятся их сыновья? А если графство Мелан будет союзником Нормандии, то наша сила возрастет! Хотя, что это я тебя уговариваю? Ты увидишь невесту — и все твои планы переменятся! — с этими словами герцог удовлетворенно рассмеялся.
— Я знаю, что ты — отличный парень, Ингмар, — продолжил беседу герцог, — и хочу, чтобы ты остался в Нормандии. Женитьба — лучший способ для мужчины крепко обосноваться на чужбине. Я тебе нашел хорошую невесту, дочь графа Мелана. Самого графа вместе с женой убили датчане около трех лет назад, при набеге на аббатство. Остались только дети, дочь Кларисса, девятнадцати лет и сын Ричард, двенадцати лет. Но паренек — инвалид. По-видимому, он никогда не встанет со своего кресла. Какой с него граф! Так что, и титул, и замок, и графство Мелан будут твоими. К тому же, девчонка такая красавица, какую не часто встретишь, скажу я тебе! — Роберт с вожделением потер руки, — я бы и сам не прочь оказаться с ней в постели. Но чего не сделаешь для храброго Ингмара!
