– Классные стихи! – Игорь схватил Гека за руку. – Твои?
– А то чьи же?! – возмутился за Генку дед. – Он их на раз клепает! Сядем, бывалыча, с им на пару вечерком, дербалызнем по «Амаретту», а утром, глядишь, – уже стих волокеть!
– Ты никак, дед, в соавторы набиваешься? – прищурился Гек.
– Та ты шо, Господь с тобой! – замахал на него руками дед Федя. – Я ж слова его... склишать не умею. Да и с памятью шо‑то не то стало. Крутится в башке уже третий год один и тот же стишок, а более – ничего. Хотите, прочитаю! Вот стою на асфальте я, в лыжи обутый. То ли лыжи – не те, то ли я?..
– Да, поздновато ты в поэты ударился! – посочувствовал ему Владислав. – Лет эдак бы на полета раньше...
– Ладно, давай ближе к делу! – прервал их Гек и, расстегнув спортивную сумку, скомандовал. – А ну, освободите стол!
На освободившееся пространство он высыпал драгоценности.
– Сперва объясните, откуда они взялись в станице?
– Ну, рассказ про мого сынка ты слыхал от того бандюги, шо Игорехиным другом прикидывался, – начал объяснять дед Федя. – По моему разумению, енти цацки он прихватил, когда одну проститутку по заказу пришил...
– Ты где, дед, блатных слов таких успел нахвататься? – изумился Генка.
– С кем поведесси... – намекнул дед и продолжил: –Так вот, скорее всего, Ванька мой их где‑то в камышах затырил, а моя дочка Манька нашла... или хто‑нибудь...
– Ну, продолжай! – поощрили его.
– А хто‑то из следователей или, не дай бог, бандюков пронюхал про его хованку и вот тут‑то все и началось... – дед посмурнел лицом. – Господи, сколь хороших людей из‑за ентих побрякушек жизни наклали!
– Версия принимается. – Гек задумчиво уставился на Игоря. – Ну, а ты как в нашу компанию влип?
– Долго рассказывать, – замялся тот.
– Давай решим так: если ты едешь, куда собирался, один – на этом закончим разговор и дальнейшее знакомство! Но если решишь остаться с нами – рассказывай о себе все! О нас ты знаешь, а нам в компании темные лошадки не нужны! – жестко закончил Гек и добавил: – Подумай хорошо, прежде чем решиться!
Веснин думал не более пары минут – пока докуривал «Данхилл».
– Вы мне частично уже помогли: выявить и уничтожить одного из «стукачей» шестого отдела моего бывшего ЮВД. Да и дальше без посторонней помощи я вряд ли обойдусь. Поэтому слушайте... – и он пересказал новым друзьям автобиографию из общей тетради. Окончив исповедь, обратился к ним:
