– А теперь вам решать – стоит ли связываться со мной! Дело, за которое я взялся, может закончиться в любую минуту по причине внезапной смерти – моей и вашей, если вы влезете в него. Я ведь не только хочу покарать Вольвака и Гальчевского – ублюдков, искалечивших не одну человеческую судьбу. Я также хочу узнать что‑нибудь о Максиме – сыне Анжелы, убитой Вольваком в гостиничном номере. За несколько дней мы с ним привязались друг к другу... Его отец – зверь и наркоман – убит, а я, думаю, смогу заменить ребенку родителей. В память о Юдит, которая все‑таки была, к убийству которой приложил руки и Вольвак. Но вновь предостерегаю вас: я замахнулся на очень хорошо подкованного и грамотного во всех отношениях противника, к тому же имеющего на руках главный козырь – Власть. Надежды на успех мало, очень мало...
– Но она все же есть? – невинно поинтересовался Гек. Игорь взглянул в его лицо, затем лицо деда Федора, Владислава и, все поняв, облегченно засмеялся.
– С такой‑то подмогой?! Больше, чем наполовину!
Гек обернулся к Владиславу:
– Ну, тебе‑то с твоей мирной профессией сам Бог велел держаться от нас подальше.
– Обижаешь, начальник, – запротестовал тот. – С вами мне как раз по пути. Хватит того, что мои обожаемые предки до двадцати двух лет делали из меня мимозу в вазочке. Вы вон сколько объездили, повидали, а я... Окончил лишь медицинский да курсы электроники при вузе. Сейчас мне двадцать пять, из них три года занимаюсь культуризмом. И до сих пор не женат. И не женюсь, пока не рассмотрю этот паскудный мир во всех его тонах: цветных и черно‑белых. Короче – я с вами! – закончил решительно Владислав.
– Да Господи, хто ж тебя не пущаить? – засмеялся дед Федор. – Пожить всегда успеешь, а вот помереть красиво – ето да, его не каждый смогеть!
– Ты что городишь, дед? Кто туг помирать собирается, да еще красиво? – постучал по столу Гек.
– Да енто я так! – смутился тот. – Выразиться захотелось... по‑душевному!
– Вот и выражайся сейчас! – Игорь разлил по рюмкам коньяк. – Давай, говори тост!
– Убиенных мы помянули, – дед Федя кашлянул, убрав хрипотцу из горла, – сейчас давайте думать о живых. Я вот во время войны, кады служил в разведке... – глянул на Гека, показывающего кулак, и, поперхнувшись, скомкал окончание тоста, – общем, я хотел сказать – за дружбу, ето... как его... ага – единство...
– В общем – вперед, к победе коммунизма! – съехидничал Гек, видя замешательство деда. – Слазь с трибуны, дед Федь! Рассказы о рыбалке у тебя, конечно, бесподобны, а вот с тостами – напряженка. Ну, ты, да самогон. Какие уж тут тосты!
– Ах, так! – рассвирепел дед. – Ну, тады слухай, молокосос! В шестнадцать лет ума нет – не будет его в двадцать. В двадцать лет здоровья нет – не будет его и в тридцать. В тридцать лет жены нет – не будет ее и в сорок. В сорок лет счастья нет – не будет и дальше. Давайте ж выпьем за то, шо б все к нам приходило вовремя! – он хитро взглянул на Гека.
– Ну, дед Федь, что я могу сказать, – рассмеялся тот. – Одним словом – могешь!
– То‑то же! – дед победоносно хлопнул рюмку и сел на место.
– Так что же будем делать с этим добром? – Игорь, запустив пальцы в груду драгоценностей, рассеянно перебирал их. – Сдать государству – а где оно, государство? Дойдут эти цацки до первой инстанции и начнут рассасываться, распыляться – к каждому современному чиновнику чего‑нибудь прилипнет. Так что в конечном итоге – не видать нам ни этой красоты, ни причитающегося вознаграждения . И потом – на них же кровь! Ну, может, и не на всех, но на некоторых – точно. Особенно на этой штуке, – он выгреб из кучки раковину с розами, и все вновь залюбовались игрой света в драгоценном рисунке на камее. – Эх, черт, даже подарить некому!
– У меня есть предложение! – подал голос Влад. – Но оно... как это, не коммерческое, вот!
– Ты давай, подбрасывай идею, а мы вместе подумаем! – поощрил его Гек.
– Ну, у нашего городка давно уже нет родильного отделения! Нужно красивое, светлое здание с современным оборудованием, реанимационным отделением для недоношенных младенцев, отделением искусственного вскармливания и... ну много чего еще надо! Прибыли, конечно, оно в будущем не принесет...
– Кто тебе сказал, что не принесет? – загорелся идеей Гек. – А прибыль России в населении – это ты не считаешь? Да ведь каждая спасенная маленькая жизнь – это, может быть, Чайковский или Кулибин в будущем!
– Или алкаш какой‑нибудь, а то и маньяк, навроде Чикатило! – добавил дед Федя.
– Не надо утрировать, – обернулся к нему Гек, – нужно надеяться на лучшее! Ну что, строим детский реанимационный центр? – обратился он ко всем.
– А при нем – музыкальную школу, – добавил Игорь.
– А еще – театральную студию, – внес предложение Влад.
– И хвизкультурный комплекс – ну, школу рукопашного бою, помнишь, как там, на побережье? – поставил точку дед.
Таким образом – негласно все сказали «да».
– Ну ладно, это все еще нужно продать, – Гек сгреб сокровища в спортивную сумку, – а пока найти гараж – побеспокоиться о нашей «Таврии» не мешало бы.
